Кейла Эйнджел на семнадцатом году жизни узнаёт правду о своей семье. Она попадает в Хогвартс, где может наконец-то познакомиться с ним. Но ей нужно молчать... Молчать, пока ей не разрешат открыть правду. Удастся ли ей скрывать свои мысли? И почему каждый раз, когда он встречается ей на пути, она так нервничает?
========== Глава 1. Близнецы ==========
Где-то в пригороде Лондона:
В одно чудесное летнее утро семнадцатилетняя Кейла Эйнджел* сладко потянулась в своей кровати, посмотрела на будильник и недовольно пробормотала что-то непонятное себе под нос. Она обещала отцу собрать целебные травы в саду, чтобы потом вместе с ним сделать из них отвар и разлить по бутылкам. Поэтому она спустила ноги с кровати и пошла в ванную комнату, все еще немного сонная.
Спускаясь вниз по лестнице, чтобы пойти на кухню, она услышала громкие голоса. Она надеялась, что это не их высокомерная соседка, которая время от времени пытается соблазнить ее отца. Она подошла ближе и притаилась у двери, ее папа был крайне взволнован и говорил на повышенных тонах:
— Нет, Альбус, я не могу этого сделать, просто не представляю как! И кроме того — я же потеряю ее, если она узнает правду!
— Ты должен ей рассказать, время пришло, — услышала Кейла чей-то мужской голос, — она всё поймет, и ты наконец сможешь после стольких лет сбросить с себя маску, по крайней мере перед нами. Ты же знал, что этот день когда-нибудь наступит. И кроме того, — он ненадолго замолчал и улыбнулся, — она уже стоит за дверью.
Кейла распахнула дверь и в недоумении уставилась на незнакомого мужчину — откуда он узнал?
— Дорогая, это Альбус Дамблдор. Мой друг и начальник, и к тому же директор Хогвартса.
— О Господи, Северус, как же они похожи! Я каждый раз удивляюсь. Надеюсь только… он не слишком быстро догадается, — пожилой мужчина с длинной белой бородой окинул Кейлу внимательным взглядом.
— Доброе утро, профессор Дамблдор, — сказала девушка, подойдя к нему и пожав ему руку.
— Дорогая, присядь, пожалуйста, — ее отец побледнел, подошел к столу и слегка дрожащими пальцами вытянул себе стул. Наконец сев, он нервно сглотнул, сделал глубокий вдох и серьезно посмотрел на нее.
— Кейла, я не тот, за кого ты меня все эти годы принимала. Мое имя не Северус Эйнджел. Меня так зовут только в магловском мире. Мое настоящее имя — Северус Снейп… — он замолчал и взглянул в ее лицо, однако она смотрела на него совершенно безэмоционально, — до твоего рождения я служил Темному Лорду, то есть я был Пожирателем Смерти, — он снова тяжело перевел дыхание, так как у него было ощущение, как будто он задыхается, — потом произошло кое-что, чего я до сих пор не могу себе простить. Это я выдал местоположение родителей Гарри Поттера Темному Лорду. Я сразу понял, что совершил самую большую ошибку в своей жизни, потому что никогда не думал, что он причинит вред беззащитному ребенку. Джеймс Поттер мне никогда не нравился, у нас с ним в школьные годы была вечная вражда. Но Лили я любил, она всегда вставала на мою защиту перед Джеймсом и его дружками, и я это очень ценил. Но, к сожалению, я был полным дураком и не мог ей в этом признаться. Потом я пришел к Альбусу и попросил у него прощения, обещал помогать ему во всем и сделать все, что он попросит, чтобы доказать, что мне можно доверять. Даже если бы он попросил меня совершить самоубийство, я бы с готовностью выполнил эту просьбу.
И тут Кейла не выдержала. Она вскочила и крикнула своему отцу:
— И вам не пришло в голову ничего лучше, чем разлучить нас?! Я знаю, что Гарри Поттер мой брат-близнец! Ты серьезно думаешь, что я не чувствую эту связь, отсутствие кого-то важного в моей жизни? Ты серьезно думаешь, что, спрятав от меня выпуски «Ежедневного пророка», ты сможешь держать меня вдали от всего этого? Да я сразу поняла, что мы связаны, когда в самый первый раз увидела фото Гарри! И кроме того — я временами наведываюсь в твой Омут памяти, — выпалила она и села обратно на стул, гневно посмотрев на отца.
Северус стоял с открытым ртом, его лицо за секунду поменяло свой цвет — стало мертвенно бледным. Альбус сначала тоже удивился, но быстро взял себя в руки:
— Умную девчонку ты воспитал однако. А я тебе говорил: она догадывается о чем-то! Не зря говорят, в девочках есть что-то такое, шестое чувство что ли. Я предупреждал!
По щекам Северуса текли слезы, он не мог ничего сказать, лишь повторял ее имя.
— Нет, лучше молчи, не говори ни единого слова! — продолжила Кейла, — ладно, я могу простить тебе, что ты был Пожирателем смерти… да, именно был, потому что мне кажется, ты все же на стороне добра, уж мне-то можно поверить, ты все-таки растил меня в течение семнадцати лет. Ты был и все еще являешься самым лучшим папой, которого только можно представить. И я могу простить тебе, вернее, вам, что вы столько лет держали меня вдали от моего брата, я думаю, есть какая-то веская причина для этого, — Кейла повернула голову и сверкнула глазами в сторону Дамблдора, затем снова взглянула на Северуса, — но одного я тебе простить не смогу! Какого черта ты выбрал нам такую дурацкую фамилию «Эйнджел», пап? — всхлипнула она и упала в объятия отца.
Северус крепко обнял Кейлу, прижав ее к своей груди и то и дело целуя ее в макушку.
