Близость полностью

- Не могу не спросить, простите! - перебивает всеобщее веселье Самира и смотрит на нас, - Знаю-знаю-знаю, что ты пока не привыкла, тебе нужно больше времени, но…нам всем дико интересно! Как вы познакомились?

Я издаю тихий смешок и смотрю на Дамира.

- Расскажешь?

- Нет, давай сама, - он с гордостью откидывается на диванчик, как бы уступая мне место главного оратора, и я пару раз киваю.

- Мы познакомились, когда Дамир перевелся к нам в гимназию из другой школы.

Глаза Самиры загораются неподдельным интересом. Она двигается ближе, подложив руку под голову, да и остальные тоже, кажется, внимают каждому моему слову.

Немного неловко, но я отбрасываю эти ощущения в сторону вместе с коктейлем, облокачиваюсь спиной на грудь Дамира и улыбаюсь.

- Он мне сразу понравился, но по-другому было просто невозможно. Дамир играл в футбол с ранних лет и уже тогда был выше всех в классе, а еще у него была самая очаровательная улыбка. Я не смогла устоять.

- И как вы начали встречаться?

- Самира…

- Чш!

Ее пытаются одернуть, но любопытство берет верх, а я в ответ только смеюсь. Мне не жалко рассказать. Это никакая не тайна.

- Дамир ухаживал за мной, а потом признался в чувствах на школьной дискотеке.

- О боже! как романтично! - запищала девушка, - Так и слышу какие-нибудь «Белые розы» в своей голове! И сколько вам было?

Вот на этот вопрос почему-то отвечать не хочется.

Я не знаю почему.

Ловлю ступор, думаю обернуться на Дамира и уточнить, можно ли рассказывать это? Но он делает это за меня.

- Катюхе было тринадцать, а мне четырнадцать.

Вся компания замирает, как один. Мое предчувствие, что все-таки стоило эту часть истории опустить - растет. Я не знаю почему, но у меня просто возникает ощущение, что здесь никто не сочтет этот очаровательный факт таковым.

Они не оценят. Так, в целом, и происходит.

Как только первая волна шока уходит, Золотов подается вперед и издает смешок.

- …Стойте-стойте…

Этот уродский смешок, который я слышу снова, царапает меня изнутри, вызывая целую бурю дикой обиды.

Но я молчу. Держу изо всех сил улыбку, которую буквально приклеила к своему лицу, потому что мой муж расслаблен, не переживает, а значит, и я не должна.

- То есть, вы хотите сказать, что, кроме друг друга, у вас никого не было?

Тон похож на насмешку. Ему не хватает только выставить указательный палец в нас и хмыкнуть с ядовитым сарказмом, хотя его в короткой фразе просто предостаточно.

С чего я взяла, что именно так и будет? Правда, без понятия. Может быть, потому, что их главарь - а Золотов именно главарь, такое сразу выделяется, - уже несколько раз, только за последние минут десять, посмотрел на задницу официантке рядом с живой женой?

Я не ханжа. Но такое в наших отношениях с Дамиром - непозволительно. Мы можем играться, общаться, вполне вероятно слегка флиртануть и чуть пошире улыбнуться, но только в пределах видимости друг друга. Чтобы завести друг друга.

В отношениях Насти и Дани все несколько иначе.

Я это чувствую. Как и холод, какую-то непонятную стену между ними, даже несмотря на тесные объятия. Хотя, может быть, мне просто кажется. Вполне вероятно, что они поссорились или им тупо скучно? Я их совсем не знаю, а делать выводы о чужих отношениях…такое себе. Дело, как говорится, совсем неблагодарное.

Похоже, это правило работает только у меня.

Ежусь.

Мне дико неприятно, будто мы с Дамиром сделали что-то из разряда «стыдно-ужасно-отвратительно»! А остальные оценили.

Компания вокруг нас начинает громко смеяться, как будто этот пафосный урод только что рассказал лучший стенд-ап в своей жизни.

Мне не смешно.

Не по-настоящему.

- Да, и что? - с улыбкой соглашается Дамир, а потом подносит мою ладошку к своим губам и смотрит мне в глаза с нежностью, - Мне, кроме Кати, никто не нужен.

Мне нравится такой ответ. Я улыбаюсь Дамиру и делаю это искренне, с душой и всей любовью, которая есть в этой самой душе, но настроение тут же портится, когда этот напыщенный козел откидывается обратно на спинку кресла.

Неприятный.

Какой же он неприятный! Ловлю его взгляд своим, он хмыкает, поправляет светлые волосы и выгибает кустистые брови.

- Высокие отношения. Знаете, а это очень трогательно звучит. Примерно, как сказка на ночь для дошколят.

Напрягаюсь. Внутри все крутится в бешеном торнадо, которое нашептывает: вскочи! Давай! и плесни ему в харю этот симпатичный коктейль!

Но Дамир меня тушит.

- Не обращай внимания, Кать, - касается губами виска и облает горячим дыханием со сладким запахом кока-колы, - Даня у нас циник.

- Я не циник, а реалист.

Он снова нагло оббегает меня взглядом, и, наверно, это - финальная точка моего терпения. А может быть, алкоголь, который я выпила, и который развязывает мне язык моментально.

- И в чем же заключается твой реализм? Раздвигать ноги перед каждым встречным? Тогда бы ты не нашел над чем поржать?

За столом звучит «у-у-у…», а Дамир усмехается и чуть сильнее сжимает мои плечи.

- Католик, тормози…