Представьте, что написал мемуары один из разработчиков ракеты «Сатана» в СССР, в которых он, уже в РФ, подробно рассказал о том, как конструкторы проектировали секретные узлы ракеты и описал эти узлы. А сама разработка, ракета, ее характеристики и устройство на момент публикации мемуаров оставались секретными.
Смотрите, государства СССР уже нет. Но ракета досталась РФ и все секреты этой ракеты охраняются законом РФ. За такие мемуары что с писателем-разработчиком сделают?
Но книжка про устройство ракеты не принесет коммерческой выгоды. Техническая литература, даже про секретную ракету, массовому читателю неинтересна. Поэтому конструктора таких мемуаров не пишут. А могли бы. И даже могли бы писать про «Сатану» и не сесть на скамью подсудимых, как не сел на нее Судоплатов.
Ведь и все архивы спецслужб перешли по наследству от СССР к РФ. И если они не рассекречены, то так же, как и данные по ракетам, сведения из этих архивов охраняются законом. Если сведения по операции «Утка» не рассекречены, то разглашение их является преступлением.
Только не надо думать, что был 1992 год и всем было на всё наплевать. Не было наплевать, уверяю вас. Тем более, что Судоплатов дожил до 1996 года. Тогда уже точно не было наплевать. ФСБ работала нормально.
И если бы Павел Анатольевич разгласил имена агентов, резидентов, методы работы спецслужб СССР, что является в РФ гос. тайной и охраняется законом, то судьба его была бы однозначно скорбной. Тихо арестовали бы, прошел бы закрытый суд и бывший разведчик, исчезнувший из «общественного пространства», тихо закончил бы свою жизнь в тюрьме. В назидании всем остальным любителям писать откровения про спецслужбы и разглашать их секреты.
Если же Судоплатов на воле давал свои феерические интервью, повторяя все хохмы из мемуаров, то вывод может быть только один: судить его было не за что. Он ничего не разгласил. Сплошная клюква. «Утка».
Тоже самое касается такого писателя про спецслужбы, как А. Мартиросян. У него в каждой книге — колоны разведчиков и агентов, названных по именам и фамилиям. Но ни одного рассекреченного агентурного дела. Лапша всё это. Коммерческая литература. Описание ракеты «Сатана», в котором, фактически, описано устройство унитаза. Если бы конструктора так писали мемуары про свою секретную работу, то их бы тоже не судили за разглашение гос. тайны.
После войны в Америке вышло очень интересное исследование о подрывной деятельности против СССР Sayers M., Kahn A. E. The Great Conspiracy. The Secret War against Soviet Russia. — Boston: Brown & Co, 1946. Книга была переиздана у нас Сейерс М., Кан А. Тайная война против Советской России. — М.: ГИИЛ, 1947.
О самом Троцком и троцкизме довольно обстоятельно американские авторы написали, в том числе и о вербовке Иудушки немцами и англичанами. И о финале его биографии тоже:
«Окончательный разгром „пятой колонны“ в Москве на процессе право-троцкистского блока явился для Троцкого сокрушительным ударом. После этого процесса в его сочинениях начала звучать истерическая нота, нота отчаяния. Его антисоветская пропаганда приобретала все более неистовый, противоречивый, оголтелый характер. Снова и снова он говорил о своей „исторической правоте“. Его нападки на Иосифа Сталина утратили всякую видимость смысла. Личная ненависть к Сталину сделалась для Троцкого основным жизненным стимулом.»
Но это довольно скрупулезное исследование сегодня мало кому интересно. Там нет «вестерна», как в мемуарах Судоплатова. Зато авторы прямо говорят о крахе Троцкого-вождя. Кроме того, в почти каждом «Бюллетене оппозиции» звучало: «Сталин меня очень сильно хочет убить. За мной НКВД охотится».
И давайте не будем считать товарища Сталина идиотом, который дал указание Л. П. Берии осуществить тайную мечту «льва революции» — проломить насмерть ему череп, чтобы Лев Давидович смог достойно завершить жизненный путь в качестве павшего за дело «мировой революции». Больше не было у Сталина проблем в 1939–1940 годах, как только заниматься этим «сухофруктом».
Зато нимб мученика над поредевшей шевелюрой Иудушки вполне устраивал его идейных сторонников. Убийство Троцкого позволяло в этом обвинить Сталина, сделать из него жертву «политической репрессии» и активизировать антисталинскую деятельность. Антисталинизм с убийством Троцкого получал второе дыхание.
В книге Сайерса и Кана написано и об убийце:
