26 мая 1761 года астрономы приготовились наблюдать момент прохождения Венеры на фоне солнечного диска. Венера прошла, полюбовались. На этом всё и закончилось. Точнее, закончилось бы, если бы не наш Михайло Васильевич Ломоносов. Он один из всех астрономов тогдашнего мира, а наблюдало это явление их более ста, заметил святящийся ободок вокруг планеты. Атмосфера! Раздался вопль: «Как мы сами не заметили и не догадались!»

Нет, я не Ломоносов. Не надо заранее точить клыки, пытаясь меня в мании величия обвинить. И Амир Галимов, мой товарищ, который мне показал «атмосферу Венеры» тоже не Ломоносов. Но он эту «атмосферу» увидел. Поэтому он соавтор этой книги — по праву. И не только поэтому, конечно. И он, и Ринат Тамеев, помогали ее делать. И замечаниями, и материал подбирали.

Самое интересное, что я до Амира читал это. И даже комментарии историков читал по этому поводу. Только не замечал одного нюанса. А он заметил!

Итак, Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. — М.: Воениздат, 1989. Сергей Матвеевич описывает одну свою встречу со Сталиным после войны, когда он уже стал начальником Генерального штаба. Начальник Генштаба — уровень компетенции осознаете?

На одном из совещаний со Сталиным, когда рассматривался вопрос ПВО, произошло следующее:

«В ходе разговора И. В. Сталин вдруг спросил:

— А как думает молодой начальник Генерального штаба, почему мы разбили фашистскую Германию и принудили ее капитулировать?

Я был готов к докладу по ПВО, мысли мои вертелись вокруг этого вопроса. К тому же не вполне было ясно, в каком направлении шла беседа до нашего прибытия. Поэтому, встав, я несколько помедлил с ответом. И. В. Сталин тоже встал, пыхтя трубкой, подошел ко мне и сказал: „Мы слушаем“…

Терпеливо выслушав меня до конца, И. В. Сталин заметил:

— Все, что вы сказали, верно и важно, но не исчерпывает всего объема вопроса. Какая у нас была самая большая численность армии во время войны?

— Одиннадцать миллионов человек с небольшим.

— А какой это будет процент к численности населения?

— Быстро прикинув в уме численность перед войной населения — 194 млн., я ответил: около 6 процентов.

— Правильно. Но это опять-таки не все. Нужно учесть и наши потери в вооруженных силах, потому что убитые и погибшие от ран бойцы и командиры тоже входили в численность армии…

Учли и это.»

Как они только Генеральными штабами и государствами руководили?! Ничего толком не знали! Ни численности населения, ни численности армии!

Открываем Кривошеева:

По состоянию на 1 июля 1945 г. в армии и на флоте оставалось (всего) 12839,8

«Одиннадцать миллионов с небольшим». Ага, почти 13 миллионов. Да еще на 1 июля 1945 года, когда вовсю началась демобилизация 13 возрастов, согласно Указа ВС СССР от 23 июня. Через два месяца после окончания войны у СССР армия еще больше, чем знал о ее численности во время войны в 1947 году начальник Генерального штаба. Нет, базара нет, именно в годы Перестройки всё узнали точно. До солдата.

Но вернемся к разговору со Сталиным, который передал Штеменко:

«— А теперь, — продолжал Сталин, — давайте подсчитаем, как обстояло дело у Гитлера, имевшего с потерями более чем 13-миллионную армию при численности населения в 80 миллионов человек.

Подсчитали. Оказалось — больше 16 процентов.»

Вы, наверно, уже сами поняли, что при редактуре из рукописи Сергея Матвеевича были убраны некоторые цифры, текст прямо кричит об этом. Так и непонятно, каков процент мобилизованных от общего числа населения был в СССР.

А давайте у Кривошеева посмотрим.

Итак,

Всего за годы войны привлечено в армию, на флот, формирование других ведомств и для работы в промышленности (с учетом уже служивших к началу войны) 34476,7

Перейти на страницу:

Похожие книги