И в 1905 году реальные люди вполне видели возможность свержения самодержавия. Режим же прогнил настолько, что даже почти весь флот какими-то почти вчерашними папуасами был в Цусиме утоплен. Казалось, чуть подтолкни… Оказалось, что Николай Второй не тот, которым его сегодня мы знаем, благодаря трудам всяких проходимцев от истории, а вполне себе Кровавый. После 1907 года у реальных людей, разбежавшихся по эмиграциям и попавшим в ссылки, кто убежать не успел, наступил период уныния и апатии. Надежды на то, что самодержавие легко падет исчезли, на фоне столыпинской реакции появились мысли, что до его краха еще очень далеко. А потом закончился мировой экономический кризис, уныние у реальных людей, под которыми я некоторых революционеров, если их так назвать можно, имею ввиду, как вы, надеюсь, поняли, усилилось. А дальше — мировая война. Перспективы революции совсем ушли за горизонт. Судите сами, Британия, Франция и Россия против Германии, Австро-Венгрии и Турции. Кто бы сомневался, что Антанта одержит верх в этой войне? А после победы царизм тем более на коне окажется…
В эмиграции устраивались как могли. Это Ленин — Циммервальдская конференция. Но Ленин — он ненормальный, он псих, реальные люди так себя не ведут. Некоторые реальные люди даже в Америке оказались и там стали создавать американцам социалистическую партию. Ну и устраивались неплохо, разумеется, вполне себе с комфортом. Монетизации ютуба не было еще в то время, но пролетарская солидарность тогда была не пустым звуком. А в Европе и Америке рабочие люди очень сочувствовали, между прочим, русским рабочим. Это сейчас нам современные монархисты рассказывают истории про хрустящие булки, а, например, когда Климент Ефремович Ворошилов в первый раз оказался за границей, он поразился насколько лучше, просто несравнимо лучше живут рабочие Швеции и Англии, по сравнению с ними жизнь русского рабочего — каторга. А Ворошилов — это металлист, да еще высшая квалификация — крановщик электрокрана в литейном цеху. И первая русская революция — оооо! Вы же свидетель классовых битв! Вы — нарасхват! Представляете интерес рабочих Чикаго к вам? Не, вы не представляете! Разумеется, и материальная помощь к этому интересу прилагалась, и газеты социал-демократического направления вашим статьям всегда рады, а это тоже — деньги…
А тут вдруг, как гром среди ясного неба — Февраль! Опа-на! В России царя свергли! И рабочие завода Форда зовут вас в свой клуб на собрание, на котором говорят о поддержке борьбы русского пролетариата, солидарность с ним выражают. И даже деньги уже собрали вам на дорогу: «Товарищ Троцкий (Бухарин, …), вы ведь теперь в Россию вернетесь продолжать русскую революцию, правда ведь? Вот мы вам братскую пролетарскую помощь на дорогу собрали — 300 долларов (доллар тогда — это не доллар сегодня). Как не вернётесь? Как — в Америке останетесь?!».
Разумеется, товарищ Троцкий не мог сказать американским рабочим, что ему и в Нью-Йорке неплохо живется, «монетизация и донаты в ютубе» сразу накрылись бы. И Бухарин не мог сказать. Вот облом-то у людей случился! А Троцкий, например, уже и газету свою в Нью-Йорке выпускал. Я даже думаю, что он устроил известный скандал в Галлифаксе с одной лишь целью — чтобы ему английские власти не разрешили въезд в Россию и вернули назад, в США. Но и там облом случился.
Да можно было и в России более-менее устроиться, Петроград не Нью-Йорк, конечно, почти деревня по сравнению с ним, но интеллигентному человеку тогда везде неплохо было. Но в Петрограде — Ленин. А он — псих! Бредит человек диктатурой пролетариата. Про то, что восстание намечено на первый день открытия 2-го съезда не только Зиновьев с Каменевым проболтались. Точнее, эти два дурня прямо предали. А Троцкий — проболтался. Нечаянно, наверно. В Петросовете. Из-за него пришлось восстание начать на день раньше.
А потом вообще началось то, что называется у культурных современных людей жопой. Никто в мире революционное правительство признавать не пожелал. А внутренняя контрреволюция, вся буржуазия и старое чиновничество начали саботаж. В Смольном членам правительства натурально кушать нечего было! Ленину морковный чай, как напиток богов подавали. Комендант Смольного Мальков побирушничал по экипажам кораблей Балтийского флота, чтобы членов Совнаркома хоть как-то прокормить, чтобы они не очень часто в голодные обмороки падали.
Какому реальному человеку тогда могло прийти в голову, что всё это не рухнет с треском до самого Японского моря? Эта власть не могла никак удержаться. Даже уже гораздо позже — «Россия во мгле». Фантасты не верили!
