― Правда? ― отвечает он, выглядя таким же потрясенным, как и я.
― Я слышала, что у тебя в доме есть каток, и мне было бы интересно на него посмотреть, ― добавляет Монтана.
― Никаких проблем, ― отвечает ей Грей. ― У Люка есть ключи. Вы можете прийти в любое время.
― У вас есть ключи от домов друг друга? ― Монтана переводит взгляд между нами. ― Это что, броманс? Мне придется делить с тобой моего мужа? ― Она адресует вопрос Грею.
― Абсолютно, этот ублюдок и дня без меня не протянет, ― отвечает он.
― Отвали. Я прекрасно проживу, не видя твоей уродливой рожи, ― говорю я, а затем поворачиваюсь на своем месте, чтобы посмотреть на Монтану. ― Если тебе нужен каток, я построю тебе твой собственный. Но сначала… скажи это еще раз.
― Не нужно. ― Она смеется. ― Мне просто любопытно. Я никогда раньше не видела каток внутри дома. И что ты просил повторить?
― Как ты меня назвала?
― Мой муж. ― Она улыбается мне.
― Вот. Именно это я хотел услышать. Мне нравится, когда ты меня так называешь. ― Я наклоняюсь, удерживаю ее подбородок двумя пальцами и приникаю к ее губам. Если бы мы были одни в этой машине, я бы заставил ее стонать подо мной через несколько минут. Но мы не одни, а я не люблю делиться.
Монтана нервничает, боится, и я уверен, что она предпочла бы оказаться буквально где угодно, только не в нашем родном городе. Грей договорился с Монро, чтобы самолет совершил здесь посадку перед возвращением в Ванкувер.
Мы только что покинули дом моих родителей. Я не стал поднимать вопрос о том, чтобы навестить и ее отца. Думаю, это можно обсудить в другой день. Когда она будет готова. Но есть еще одно место, которое нам нужно посетить. И я не знаю, как к этому отнесется Монтана. Хотя я выясню это, как только машина въедет на кладбище.
― Зачем мы здесь? ― спрашивает она.
― Мне нужно поговорить с Шоном. ― Я наблюдаю за ее лицом, ища малейший признак дискомфорта.
― Зачем? Ты ведь знаешь, что он тебя не услышит?
― Может, да, а может, и нет. Но я только что женился на его младшей сестре, и мне нужно сообщить ему об этом. Хочешь пойти со мной? ― Я протягиваю руку, выходя из машины, и немного удивляюсь, когда Монтана принимает предложение. Честно говоря, я думал, что она предпочтет остаться.
― Я писала ему, ― признается она, пока мы идем через кладбище к надгробию Шона. ― В своем дневнике.
― Думаешь, это помогает?
― Не знаю.
― Но и не вредит, верно? ― говорю я и останавливаюсь, когда вижу его имя на камне. Меня захлестывает волна эмоций. Я не возвращался сюда с тех пор, как его опустили в землю. Я не доверял себе настолько, чтобы рискнуть увидеть его могилу снова. ― Ты часто сюда приходила? Видно, что за участком ухаживают.
― Поначалу да. После того как Эндрю ударил меня в третий раз, я пришла сюда. Я умоляла Шона о помощи. Как я уже говорила, он не услышал. ― Монтана не смотрит мне в глаза.
Моя рука крепко сжимает ее.
― Мне очень жаль. ― Я притягиваю ее ближе к себе, и моя рука обнимает ее плечо. ― Я даже не знаю, с чего начать, ― признаюсь я.
― Просто скажи все, что у тебя на уме. Кто знает? Может, тебя он услышит? ― Она улыбается. ― Возможно, он просто был занят, когда я приходила. Держу пари, на небесах самый лучший лёд.
― Я чертовски надеюсь на это. ― Я смеюсь.
Я убираю руку с ее плеча и снова сжимаю ее ладонь, мы вместе опускаемся на колени перед его надгробием. Я пытаюсь найти слова, пытаюсь понять, как рассказать ему обо всем.
― Я знаю, что ты не одобришь или, вернее, тебе не понравится то, что я собираюсь сказать, но ты должен найти способ смириться с этим. Потому что это реальность. Я женился на Танне, Шон. Думаю, теперь мы братья. Я бы хотел, чтобы ты был там с нами. Она выглядела прекрасно. Она прекрасна. Но мне нужно было, чтобы ты услышал это от меня. Не знаю, может, есть ли какие-то ангельские сплетни или что-то в этом роде, но я не хотел рисковать тем, что ты узнаешь об этом от кого-то другого. ― Я вздыхаю и провожу свободной рукой по волосам. ― Я должен был сказать тебе, как сильно я влюблен в твою сестру, когда ты был здесь. Кто знает? Может, если бы я это сделал, многое сложилось бы по-другому. ― Я смотрю на Монтану. Она ободряюще улыбается, и я продолжаю. ― Я хочу, чтобы ты знал, что я буду заботиться о ней. Я буду любить ее по-настоящему, Шон. Я обещаю, что больше никому не позволю причинить ей боль.
― Шон, я люблю его, и он делает меня счастливой. Он хорошо ко мне относится. Не будь к нему слишком строг, ― говорит Монтана.
Мы молчим несколько минут, продолжая держаться за руки. И когда я чувствую первые капли дождя, я встаю и помогаю Монтане подняться на ноги.
― Спасибо, что была рядом, ― говорю я.
― Ты и я вместе, навсегда, так?
― Навсегда. ― Я наклоняюсь и целую ее.
