– Никто ничего не слышал, – пробормотала я, выходя из подъезда, когда обошла почти всех. – Никто ничего не видел и не знает. Значит, убийца проделал все это тихо, не привлекая ничьего внимания.
Однако мой вредный внутренний голос тут же откликнулся со свойственным моей сложной натуре ехидством: «Ну конечно, не знают ничего соседи! Да народ сейчас такой! Даже если бы стадо слонов пробежало по лестнице, никто бы дверь не открыл – а вдруг опасно?»
«Ничего подобного, – возразила я. – Старушки – создания очень любопытные, и если бы кто-нибудь шумел, обязательно обратили бы внимание».
«Далеко не факт», – ядовито возразил внутренний голос. Но я усилием воли заставила его замолчать и продолжила рассуждать, теперь мысленно. «Убийца мог позвонить, а Илья – сам ему открыл. Значит, преступник был хорошо знаком с жертвой. Или же убийца открыл дверь отмычкой… Еще одна странность – Илья убит в прихожей. Если бы на человека пошли с ножом, он бы успел убежать. Возможно, он не ожидал нападения. Хотя мог и не успеть. Предположим, к Илье зашел его недоброжелатель, но человек неплохо знакомый. Или, например, та же Алиса. Разумеется, стилист не почувствовал опасности, и его могли убить. Или другая картинка…»
Перед моими глазами так и встала сцена: Илья сидит в квартире на диване и поджидает Валерию с коньяком. А за дверью некто в черном копошится в замке отмычкой, другой рукой сжимая сверкающий нож. Илья слышит странный звук – и выходит в прихожую. Тут дверь распахивается, и…
Даже мурашки по коже побежали, а волосы встали дыбом. Правильно Ларчик говорит – у меня болезненно развитое воображение.
Ну а теперь можно и в салон отправляться. Стрижку, что ли, сделать? Ну нет, хватит на сегодня самодеятельности. Теперь я – частный детектив, а не чья-то племянница.
Андрей Петрович не без грусти размышлял о неудачном расследовании. В сущности, что ему оставалось делать, кроме как размышлять, покидая этот салон? Он переговорил со всеми, с кем возможно, но не узнал ничего нового. Лариков уже подумывал о том, чтобы отправиться в офис – в самом деле, не ошиваться же здесь целый день!
Неожиданно дверь, ведущая в служебные помещения салона, распахнулась, и на пороге появилась секретарша Васевского, Оксана. Она взволнованным взглядом отыскала высоченную фигуру Ларикова, окликнула его:
– Андрей Петрович!
– Что-то случилось? – стремительно направляясь к секретарше, спросил Лариков.
– Вам звонит Олег Юрьевич, – коротко сказала секретарша и быстро направилась к директорскому кабинету. Лариков последовал за ней, ломая голову, что же такое срочное возникло у Васевского.
Навстречу ему стремглав летел заместитель Васевского, невысокий кряжистый мужичок в костюме-тройке и элегантном кожаном плаще. Он машинально кивнул Ларикову и проследовал своей дорогой.
Приложив к уху дожидающуюся его на краю стола телефонную трубку, Андрей услышал взволнованный голос директора.
– Андрей Петрович, не могли бы вы приехать на пересечение Комсомольской и Ларионовской? – За вежливой формой вопроса, почувствовал Лариков, скрывалось требование, почти что приказ. – Это очень серьезно.
– Разумеется, – не теряя времени, он положил трубку на место.
На пересечении Комсомольской и Ларионовской Лариков оказался очень быстро, благо было недалеко, и сразу увидел директора, стоявшего на тротуаре. Физиономия Васевского отличалась повышенной степенью раскрашенности: кто-то успел оставить на лице директора «Теплого бриза» несколько синяков и кровоподтеков, из носа струилась кровь. У ног Олега Юрьевича застыл поверженный враг – мальчишка лет шестнадцати с небольшим. Лариков не сразу вник в ситуацию.
– Что случилось?
– Вот, смотрите! – директор ткнул пальцем в неподвижное тело, без движения лежащее в октябрьской промозглой грязи. – На меня напали, избили. Пытались мобильный телефон вытащить, но тут уж я не дал. И упустил бы очень важный контракт, если бы вовремя не сообразил позвонить помощнику. Да и как я с такой физиономией отправлюсь заключать договор?
– Олег Юрьевич, а почему вы здесь и без машины? – изумился Лариков. Он считал, что директор крупного предприятия не может быть без машины, да еще отправляясь на заключение столь серьезной сделки.
– Но фирма, с которой мы сотрудничаем, располагается неподалеку от салона, и я всегда хожу до нее пешком – в самом деле, не брать же автомобиль из-за пары кварталов! Дольше припарковывать будет!
Васевский выудил из кармана портсигар и нервно закурил. Он так смотрел на Ларикова, словно ожидал от детектива каких-то объяснений. Андрей Петрович хмуро оглядывал лежащего мальчишку, понимая, что тот не сразу очнется, придет в себя, и обернулся к директору:
– Олег Юрьевич, ваш поступок весьма неразумен! – резко отрезал Лариков. – Вас могли лишить жизни, и никто бы не нашел преступников! Это хорошо, что они не собирались убивать! А если бы… В конце концов вы могли бы вести себя несколько осмотрительнее! Знаете же, что против вас ведется война.
