Моя прекрасная потерянная Дочь…
Слышал о твоей трагической потере. И хотел бы принести тебе самые сердечные соболезнования.
Порой гибель еще не рожденной души может причинить сильнейшую боль, ибо душа эта безгрешна и невинна.
Дорогая Норма, я узнал о твоем недавнем горе, то время для меня тоже было преисполнено горечью. Ибо моя любимая жена, с которой мы счастливо прожили столько лет, скончалась. Жду, когда придет ко мне успокоение, лишь тогда смогу решить, куда двигаться дальше. Ведь мужчина я уже немолодой (не слишком здоровый). Возможно, придется продать дом & участок (многовато будет для одинокого вдовца под 70 с аскетическими вкусами). Живу я рядом с Гриффит-парком, к северу от мемориального кладбища «Форест-лоун», где ныне покоится моя драгоценная Агнес & где сам я найду упокоение, когда пробьет мой час.
Дорогая дочь, мне пришла одна мысль. Возможно, в связи с тем, что твоя жизнь так изменилась, ты захочешь пожить со мной? Поверь, дом у меня просторный, риелторы называют его особняком.
Должен сказать, что о твоем горе узнал банально. Прочел в «Тэтлере», в колонке новостей. (Читал в парикмахерской.) Потом, конечно же, все это расползлось по другим изданиям. В том числе пишут и о твоей нынешней «напряженности в браке».
Похоже, что Господь наделил тебя бо́льшим талантом в кино, нежели в жизни, моя дорогая дочь.
Нет, не для того я посылаю это письмо с соболезнованиями, чтобы ворчать. Прости меня, дорогая! Да благословит тебя Господь!
Не смотрю твоих фильмов, но часто вижу твое прелестное лицо и просто поражаюсь, насколько хорошо ты сохранилась. Но ведь состояние души не так часто отражается на лице, так мне, во всяком случае, кажется.
Надеюсь в скором времени снова связаться с тобой, дорогая Норма. Прости меня, старика, за упорство, с которым он помнит старые обиды.
