– Да. Главное, что он пришел туда один. Он направился в квартиру этого человека без прикрытия, тем самым подвергая себя опасности. Дело закончилось инцидентом со смертельным исходом.
– Это называется «ковбойским методом», не так ли?
– Я слышал этот термин, но сам его не применяю.
– Но в данном случае он подходит?
– Не могу сказать.
– Не можете сказать. А можете ли вы сказать, что мистер Черч сегодня был бы жив, если бы детектив Босх не создал эту ситуацию, действуя ковбойским…
– Возражение! – крикнул Белк.
Но прежде чем он успел подойти к кафедре, судья Кейес уже поддержал его возражение и предложил Чандлер избегать умозрительных заключений.
– Конечно, ваша честь, – вежливо сказала она. – Как я понимаю, – продолжала она, обращаясь уже к Ирвингу, – из ваших слов следует, что детектив Босх привел в действие цепочку событий, которые и привели к убийству безоружного человека.
– Это не так. Расследование не обнаружило никаких существенных доказательств того, что детектив Босх преднамеренно привел в действие данный сценарий. Все произошло спонтанно. Он проверял поступивший сигнал. Решив, что сигнал серьезный, он должен был вызвать подмогу, но не сделал этого и вошел в помещение. Он назвал себя, и мистер Черч сделал подозрительное движение. В результате мы имеем то, что имеем. Нельзя также сказать, что при наличии подкрепления исход был бы другим. Я имею в виду, что тот, кто не подчиняется приказу одного сотрудника полиции, держащего в руках пистолет, совсем не обязательно подчинится двум сотрудникам, держащим в руках оружие.
Чандлер добилась того, чтобы последняя фраза не была занесена в протокол.
– Перед тем как прийти к заключению о том, что детектив Босх не имел намерения привести в действие эту цепь событий, изучили ли ваши следователи все аспекты дела?
– Да, конечно.
– А как насчет детектива Босха?
– Несомненно. Его тщательно допросили относительно его действий.
– А насчет его мотивов?
– Мотивов?
– Шеф, знали ли вы или кто-либо из ваших следователей, что мать детектива Босха была убита в Голливуде примерно тридцать лет назад, причем убийца так и не был арестован? И что до этого она неоднократно арестовывалась за праздношатание?
Босх почувствовал, что ему становится жарко, словно на него направлены все прожектора и обращены все взгляды присутствующих. Наверно, так оно и было. Но он смотрел только на Ирвинга, на лице которого появилось беспомощное выражение, а на носу проступили капилляры. Когда Ирвинг ничего не ответил, Чандлер повторила свой вопрос:
– Вы знали об этом, шеф? Об этом написано в личном деле детектива Босха. Когда он поступал на службу в полицию, то должен был сообщить, являлся ли когда-либо жертвой преступления. Он написал, что потерял мать.
– Нет, я этого не знал, – наконец сказал Ирвинг.
– Мне кажется, что термин «праздношатание» в пятидесятые годы служил эвфемизмом для слова «проституция». Тогда в Лос-Анджелесе старались не замечать проблем с преступностью – вроде расцветшей пышным цветом проституции на Голливудском бульваре. Я права?
– Я этого не припоминаю.
Попросив разрешения подойти к свидетелю, Чандлер передала ему тонкую пачку бумаг и дала целую минуту на то, чтобы с ними ознакомиться. Читая, Ирвинг хмурил брови; глаз его Босх не видел, хотя было заметно, как свидетель стиснул зубы.
– Что это, шеф Ирвинг? – спросила Чандлер.
– Это то, что мы называем проверочным отчетом о расследовании дела об убийстве. Он датирован 3 ноября 1962 года.
– Что такое проверочный отчет?
– Каждое нераскрытое дело ежегодно проверяется – до тех пор, пока мы не устанавливаем, что прогноз его успешного раскрытия безнадежный.
– Как зовут жертву и каковы обстоятельства ее смерти?
– Марджори Филлипс Лоуи. 31 октября 1961 года она была изнасилована и задушена. Ее тело было найдено в переулке за Голливудским бульваром, между Вистой и Говером.
– И каково заключение следствия, шеф Ирвинг?
– Там говорится, что в настоящий момент, то есть через год после совершения преступления, какие-либо работоспособные версии отсутствуют, и прогноз раскрытия дела безнадежный.
– Спасибо. Теперь еще одно – имеется ли там графа, в которой указываются ближайшие родственники?
– Да, в качестве ближайшего родственника там указан Иероним Босх. Далее в скобках написано «Гарри». Галочкой помечена графа «сын».
Давая присяжным время на то, чтобы эта информация отложилась у них в памяти, Чандлер сделала какую-то пометку. Было так тихо, что Босх мог слышать, как ее ручка царапает бумагу.
– А теперь, – сказала она, – скажите, шеф Ирвинг: зная о том, что произошло с матерью детектива Босха, вы провели бы более тщательное расследование инцидента со стрельбой?
– Я не могу ничего сказать, – после долгого молчания ответил тот.
– Он застрелил человека, подозреваемого в совершении практически такого же преступления, как то, жертвой которого стала его мать, – преступления, оставшегося нераскрытым. И вы говорите, что это не может иметь отношения к вашему расследованию?
– Я, да… Теперь я не знаю.
