Блуд – смертный грех. Ласковая приманка от лукавого, которая ведет к капкану страданий, расстраивая душу. Ещё вчера, наслаждаясь каждым мгновением, сегодня окутан болью, рвущей на части сердце блудника.
Наконец-то я дома! Ехать еще минут двадцать, но чувство домашнего тепла уже сейчас переполняет сердце. Меня не было всего несколько месяцев, а я так истосковался. Кажется, будто целую вечность, я пробыл на чужой земле.
Станция «Алмазная» вот-вот покажется из-за терриконов, одиноко стоящих среди пустынных полей.
Пассажиры суетились, громко говорили, доставали сумки – значит подъезжаем. Я с вещами не спешил, просто спокойно наблюдал за людьми и сменяющимися пейзажами в пыльном окне плацкартного вагона.
День предвещал быть пасмурным. Небо заволокло серыми облаками, словно дымом. Осень – пора тусклых, коротких дней. Настроение было приподнятым, даже немного волнительным, будто кубики льда холодили желудок. Я еду домой! Что может быть лучше?! Улыбка вспыхнула на лице.
Нет лучше трущоб, чем родной город. Как, оказывается, важно ощущать себя дома, нечужим. Когда каждый уголок что-то напоминает, какое-то событие или приятную встречу. Когда знаешь, куда ведут большинство дорог. Ощущение безопасности, которое невозможно заменить, присуще только месту где родился. Даже невзирая на бедность и простоту, этот городок привлекает, как добрая крестьянка с кувшином парного молока. Да-а! В этом городе ничего нет, но там все, что у меня есть.
Поезд замедлил ход. Толпа двинулась к тамбуру, образуя плотную пробку. Через пару минут локомотив остановился. Дверь с лязгом распахнулась, и свежий воздух холодным потоком хлынул в лица. Мелкими шажками, люди переваливались с ноги на ногу как пингвины. Свежесть ноября почувствовалась и внутри вагона. Пассажиры медленно высыпались с выхода и разбредались по перрону. Наша компания неспешно шла позади всех.
Улыбчивая проводница помогла деду спуститься по крутым ступенькам, поддерживая за руки. Поблагодарив ее, мы пожелали счастливой дороги, схватили сумки и направились к стоянке такси за вокзалом.
Станция в мгновение опустела, словно никого и не было. Лишь два дорожных работника в оранжевых жилетках вальяжно шли вдоль путей, растягивая сигареты и пуская клубы дыма.
Стоянка была пуста.
– Мам, я вызову, – сказал я, засунув руку в карман, и достал телефон. Через два гудка, девушка с приятным голосом приняла заказ.
– Ожидайте, машинка уже выехала.
Дорога оказалась тяжелой и изрядно нас вымотала. Лица выдавали усталость. Мы молчали. Ночь недосыпа наложила свой отпечаток. Каждый думал о своем, глядя куда-то вперед. Быстрее хотелось в квартиру, выпить горячего чая и принять ванну. Погода меняться не собиралась. Хмурое небо, словно обесцвечивало все вокруг, делая здания скучными и серыми. Мама переминалась с ноги на ногу, прикрывая зевоту. А дед стоял, как на посту, опершись на свою палочку, моргая мутными глазами. Минут через двадцать, со стороны переезда, показался красный автомобиль, стремительно двигаясь в нашу сторону. Водитель шустро сманеврировал и подъехал почти вплотную. Таксист поставил сумки в багажник, подождал, пока усадим слепого деда и шины зашумели от мелких камешков на асфальте.
Домой!
Знакомая дорога наращивала теплоту в груди. Минули переезд, на этот раз не пришлось стоять около шлагбаума. Круговое движение, поворот направо. Мимо вагон завода, мимо седьмого цеха, где работает мама. Направо, совхоз, за лесом пожелтевших камышей видно потрескавшееся дно пересохшей «Глинки». Еще один переезд, высокие каменные буквы «Брянка», выкрашенные черным. Остановка нижнее микро, с которой я пять лет ездил в университет. Направо, безупречная дорога протянулась до 52-го дома. Эта полоса пятисотметрового идеально-ровного куска асфальта располагается здесь, потому что подъезд мэра города, выходит именно на этот участок. Налево, решетки детского сада, в который я резко перестал ходить по неизвестным причинам. Сразу направо, разбитая дорога, мусорные баки, дом 50, второй подъезд. Приехали. Экскурс окончен. Две зеленые двадцатки удовлетворили таксиста. На сегодня путешествия закончились.
Щелкнула дверь, и мы ввалились как голодные родственники. Наконец прибыли, и все как один тяжело выдохнули. Фу-х. Черный хозяин, давно дожидался гостей, сидя на тумбочке в прихожей. Большой, весом в шесть килограммов, круглый, как бочка, любимец всей семьи и мой талисман по гороскопу – кот Барсик. Его хмурый взгляд казался совсем не приветливым, а скорее осуждающий, что нас так долго не было. Он внимательно исследовал каждую сумку. Обнюхивая и шевеля черными усами, кот запрыгнул в красную торбу, и только торчали пирамидки ушей. Барсик осторожно выглядывал, словно из засады. А потом резко выскочил из своего убежища, подкидывая задние лапы и изгибая спину дугой.
Семья в полном составе. Утро, 18 ноября, наступило в любимой квартире. Дед сейчас попросит «маленькую» за приезд и начнет кого-нибудь обсуждать. Мама, что-то перебирая в кошельке, как всегда в задумчивом образе, наверное, строит десятки планов. Лица стали расслабленные и умиротворенные домашним уютом.
