— Там, кроме снега, много есть кой-чего: панты, жень-шень. Тихий океан близко, а в нем — акулий жир, яд медузы, трепанги…
— Сумасшедший дом построен для таких… — тихонько добавила жена.
— Может, не стоит из-за снега переезжать? — пытался я заглушить назревавший семейный конфликт. — Много ли тебе нужно этой снеговой воды? Может, лучше снег привозить в каком-нибудь ведре?
— Снег, это — между прочим! А главное — мне необходимы перепелиные яйца, от японских перепелов. Удивительно целебные яйца — сейчас все только о них пишут и говорят!.. Я прикинул: как раз от всех моих болезней! Но достать трудно! Приходится самим изворачиваться, у Вадьки наклюнулась возможность достать перепелят! Тут их, конечно, водить негде, поэтому я решил переехать. Разведу перепелов, участок засажу жень-шенем и прочим… Возможно устрою пасеку. А в сарае перепела несутся. Эх, лошадь бы еще, для кумыса…
— А в другом сарае зайца будете доить с Вадькой своим ненормальным, — добавила жена.
— Ты чего подначиваешь! — страшным голосом закричал Сережа. — Знаешь, что мне вредны отрицательные эмоции, а злишь, дура! Убью! Всех поубиваю!!
И схватив пластмассовую чашку, Сережа кинул ее на пол.
Жена заплакала и убежала, а Сережа, поставив небьющуюся чашку обратно на стол, объяснил мне вполне миролюбивым шепотом:
— Это я для разрядки! Всегда нужна разрядка… Кто держит раздражение в себе, то оно остается внутри, оседает на печень и через это развивается рак. Вот она — счастливая: чуть что — сразу плакать. Слезы очень хорошо снимают напряжение… Но лучше всего — драка! Один западный ученый — читал, небось? — советует каждую неделю драться с женой, прекрасная разрядка, на всю неделю напряжение снимается! Но моя — очень уж смирная…
Я ушел домой, жалея Сережу и его милую, тихую жену…
Через месяц я встретил супругов Горчичкиных на рынке. Сережина жена шла впереди с довольным, счастливым видом, а за ней плелся Сережа, согнувшись под мешком картошки.
— Целебная какая-нибудь? — спросил я про картошку.
— Да ну… Что в ней целебного, — пробормотал Сережа, с облегчением сваливая мешок на землю. — Наоборот, содержит яд, соланин…
— А перепелов завел? Как на вкус перепелиные яйца?
— А ты разве не знаешь? — удивился Сережа. — Было опровержение одного авторитетного НИИ: ничего в них целебного, обычные яйца, только маленькие… Ложная сенсация оказалась!
— Конечно, пишут много чепухи! — вмешалась Сережина жена. — Но я ему нашла настоящую статью, подруга мне одна дала почитать, там уже без вранья. Профессор не станет врать, он говорит: переутомляйтесь! Ото всего помогает переутомление! Переутомляйтесь — и все!
— Да… — кивнул Сережа. — Я это по себе чувствую… Вообще сейчас другая мода пошла: никакой химии, нужны простые естественные методы лечения… Нужно просто помогать организму, а он сам справится.
— Вот видишь! — радовалась жена. — И все благодаря мне! Он мне и на рынок ходит, и пол прошпаклевал, и ковры пылесосит.
— Есть много хороших естественных методов, — продолжал Сережа. — Лечение смехом, сном. Сон успокаивает нервы, а большинство болезней — на нервной почве…
— Про сон — чепуха все! — перебила его жена. — Смех — еще ладно… А ото сна какая может быть польза? Опухнешь — и все… По-моему, это — заблуждение. Вот у одной моей подружки муж — тот голодом лечится! Она теперь всем хвастает: еще немного полечится — шубу себе куплю!
— Голодом лечиться можно только по назначению врача, — сморщился Сережа.
— Можно и к врачу сходить, что тут такого!.. Вот его дружок Вадька, который с козой, теперь тоже хорошо лечится! У него оказалось все на почве нервов. А жена его у нас переводчицей работает на заводе, и перевела ему из американского журнала статью: лучше всего нервы успокаивает вязанье! Он ей уже три кофты связал: две она продала, одну сама носит!
— Нигде не могу достать подробную медицинскую энциклопедию, — пожаловался Сережа. — Краткая у меня есть, а, говорят, есть еще полная…
— Не нужна тебе никакая энциклопедия! — оборвала его жена. — Какую нужно статью я тебе сама достану! Пошли! Тебе еще телевизор сегодня в починку нести!
Сережа взвалил себе картошку на спину и побрел лечиться дальше, а я долго хихикал, чувствуя, что смех в самом деле здорово помогает для общего самочувствия.
Врач грохнул Сапожникова на операционный стол и какой-то блестящей стамеской начал поддевать и выламывать ему ребра, бормоча:
— Ребров понаставили. Возись тут с ними…
Несколько штук он небрежно кинул в ведро, стоящее возле стола.
— А энти-то? — с беспокойством спросил Сапожников, жалея свое добро и боясь обидеть врача.
— Энти ни к чему… — буркнул врач. — Наши ребята давно смеются: к чему столько ребров ставют? Тоже, наверно, план… А нам морока одна с ними. Пяток, ну десяток от силы — все также будут держать…
Он заглянул в сапожниковскую грудь и спросил:
— Сам, что ли, ковырялся тама? Ты, хозяин, в медицине петришь?
— Не… — беспомощно ответил Сапожников. — Я на комбинате работаю. По телевизорам, приемникам… Холодильники тоже… Импортные марки могу чинить! А в медицине — не…