И он словно предсказывал будущее, потому что в следующую секунду действительно кое-что произошло. Пол под их ногами внезапно содрогнулся; затрещали старые доски, а дверь, словно подхватывая их мотив, жалобно заскрипела и захлопнулась. Это произошло так неожиданно, что Мэтт едва успел убрать свою ногу с порога — иначе он непременно остался бы без пальцев. В углах холла, тихонечко шурша пуховыми клубками пыли, начинала снова сгущаться темнота.
— Только не это… Не успели… — пробормотала Виктория, вжимая голову в плечи и хватая Мэтта за рукав.
Он резко оттолкнул её от себя и бросился в сторону выхода. На грубо сколоченной дощатой двери не было замка, а потёртая ручка казалась такой старой, что вот-вот готова была разлететься в прах, но тем не менее, когда Мэтт дёрнул за неё, дверь не поддалась.
— Что за чёрт! — вскричал юноша, с остервенением дёргая ручку двери на себя. — Тут не может быть заперто!
Виктория в страхе огляделась вокруг. Мрак, медленно выползавший из углов и заполнявший холл сантиметр за сантиметром, вызывал иллюзию, что пространство комнаты уменьшается прямо на глазах, проглатываемое чернильно-чёрной пустотой. Только сейчас до девушки дошло, какую ошибку она совершила, не позволив самой себе и своему брату вовремя выбраться из Блунквилля. Возможно, это был их последний шанс.
Из глаз Виктории брызнули слёзы; она круто развернулась, кинулась к Мэтту и снова повисла на его плече.
— Мэтти, пожалуйста, прости меня… Это я виновата… Я такая дурочка, надо было сразу… Прости меня, прости…
— Хватит ныть! — Мэтт снова отпихнул сестру в сторону. — Лучше помоги мне открыть дверь!
— Она не откроется! — почти провизжала Виктория. — Это всё граф! Теперь из-за меня мы останемся в Блунквилле навсегда!
— Какой ещё граф? Какой Блунквилль? — промычал себе под нос Мэтт, отталкивая Викторию к стене. — Посторонись!
И он отбежал на несколько шагов, примерился и, выставив плечо вперёд, ринулся на дверь в надежде вышибить её. Вообще Мэтт вовсе не был таким уж накаченным, а его телосложение можно было бы охарактеризовать скорее как стройное, а не как мускулистое, но он много работал в жизни и поэтому у него были сильные ноги и руки, и высокий рост был его дополнительным плюсом. Однако даже после того, как он налетел на дверь с расстояния в несколько метров и ударил её со всей силы, она не поддалась — даже не дрогнула, словно была сделана не из ветхих деревянных брусков, а из цельного куска стали.
— Вот сволочь! — проговорил Мэтт, разбегаясь, чтобы снова атаковать дверь.
Виктория в отчаянии вертела головой, наблюдая за тем, как к ним всё ближе и ближе подкрадывается тьма. Ещё несколько шагов — и их снова накроет непроглядным покрывалом сумрака. И что тогда? Она прекрасно помнила, как печально закончилось их прошлое путешествие по тёмному Блунквиллю и куда в итоге привёл её брата неприветливый холл этой старой церкви.
— КЕРИН! — заорала вдруг девушка. Слова вырвались у неё непроизвольно. Ей просто было безумно страшно, и она не знала, к кому ещё обратиться. — Ке-е-ерин!!
Мэтт остановился возле запертой двери и с непониманием оглянулся на сестру.
— Керин, пожалуйста! — продолжала кричать Виктория, обращаясь в темноту. — Пожалуйста, помоги нам! Я так хотела остаться с тобой, но я… Я не могу! Пожалуйста, Керин, помоги нам выйти! Я так хочу домой…
Её последняя фраза потонула в потоке слёз, нещадно рвущихся наружу из глаза девушки. Она закрыла лицо руками и просто зарыдала. Мэтт шагнул к ней, но в этот момент холл снова заходил ходуном, и юноша схватился за стену, чтобы не потерять равновесие. Виктория упала на пол. Чёрная волна мрака хлынула на них из всех углов сразу.
И вдруг дверь наружу с шумом распахнулась. На пол упал клубок лунного света, раскатываясь по холлу тоненькой ниточкой и отгоняя тьму прочь.
Мэтт вскочил с места и кинулся к сестре. Он быстро помог ей подняться на ноги и потащил к выходу. Девушка дрожала так, что стучали зубы.
— Виктория, нет!!! — донеслось сверху в тот момент, когда они были уже в полушаге от выхода.
Пересекая порог, брат и сестра разом остановились и повернули головы. Прыгая через несколько ступенек, вниз по лестнице бежала чья-то фигура. Голос принадлежал Керину, но было так темно, что Виктория не смогла его разглядеть.
— Керин! — прокричала она в ответ.
— Виктория, не надо! Не туда! — отозвался он. Его интонация выдавала тревогу.
— Что?..
Но в этот момент руки Мэтта подтолкнули её вперёд, и, не успев больше ничего сообразить, Виктория оказалась снаружи. Дверь за ними захлопнулась резко и, как казалось, наглухо.
Едва выйдя из Блунквилля, Виктория и Мэтт без сил упали на траву. Они дышали так тяжело, словно только что пробежали без остановки не меньше десяти километров. В глазах Виктории всё ещё стояли слёзы, лицо Мэтта было влажным от пота. Серебряная луна поливала их мерным безжизненным светом, а вокруг было угнетающе тихо, и тишина эта пугала.
