Но Мэтт вырвал руку из её ладони. Его лицо опять сделалось злым от бессилия. Было понятно, что его обуревают очень противоречивые чувства.
— Мэтт… — всхлипнула Виктория. — Я никуда не пойду, слышишь…
— Вот дурочка! — воскликнул он. — Я же о тебе забочусь!
Он резко развернулся и убежал из класса. А Виктория опустилась на стул, накрыла парту руками и заплакала.
Мэтт не переставал уговаривать её, но Виктория была непреклонна и на следующий день и на следующий и через неделю тоже. В конце концов, он был вынужден признать за ней последнее решение и они вместе ответили чете Сантивил отказом. В глубине души, несмотря на то, что Мэтт не признавался в этом Виктории, он был счастлив, что она осталась с ним. Но, к сожалению, счастье это длилось недолго. На следующий год, когда юноше исполнилось пятнадцать лет, его перевели в приют поселения Фримеленд в пяти часах езды, где подростки пятнадцати-восемнадцати лет одновременно жили, учились и работали.
Трудно описать, какой шок испытала Виктория, оставшись без Мэтта. Она никогда в своей жизни не расставалась с ним больше, чем на несколько часов, поэтому день, проведённый без него, отнял у неё все душевные и физические силы. Вначале она просто беспрестанно плакала, потом несколько дней лежала на кровати и пялилась в потолок, отказываясь от еды и разговоров. Возможно, она так и погибла бы от голода или попросту сошла бы с ума, если бы директриса мадам Бэкенбэр не обратилась за помощью к миссис Сантивил, которая всё ещё питала к девочке нежные чувства. Хотя реальной власти мистер и миссис Сантивил не имели, но к их мнению прислушивались, и если перевести Мэтта обратно в Эндхагр не получилось, то устроить Викторию в Фримеленд, несмотря на её неподходящий возраст, им всё-таки удалось.
Ничего в жизни у неё не было счастливее того момента, когда она приехала в Фримеленд и встретилась с Мэттом. Она обнимала его так, что чуть не задушила, а потом ещё несколько недель не желала отходить от него ни на шаг, боясь, что его снова куда-нибудь увезут. Но время шло, Мэтт оставался на месте, и Виктория тоже, и это самое место, где они находились, было отнюдь не таким замечательным, как приют в Эндхагре. Здесь приходилось очень много работать, а работа была подчас такой тяжёлой, что иногда Виктория не могла уснуть по ночам — так болели у неё руки и ноги от усталости. А преподавание здесь велось настолько плохо, что Виктории казалось, что она самостоятельно могла бы выучиться по книгам гораздо лучше, конечно, если бы у неё оставалось время их читать. Под влиянием Мэтта и хороших учителей в Эндхагре Виктория очень полюбила школу, и даже если некоторые предметы и давались ей не очень хорошо, учёба в целом приносила ей истинное удовольствие. Теперь не только Мэтт хотел, чтобы она поступила в колледж, это была и её собственная мечта тоже.
Но пока они жили в Фримеленде, эти мечты так и оставались мечтами. Уровень образования тут был настолько низок, что никакой колледж, даже самый захудалый, Виктории после школы не светил. И с каждым годом Мэтт всё яснее понимал это.
За год до окончания школы, то есть в семнадцать лет, Мэтт познакомился с мужчиной, приехавшим из Тенвесса. Он рассказал ему, что в Тенвессе на строительной базе, где он работал, платят огромные деньги, но что самое главное — туда берут работать даже несовершеннолетних. Мужчина, мистер Гэнкс, обещал помочь с жильём в первое время. Это был шанс, которого Мэтт ждал несколько лет: шанс начать новую жизнь, заработать денег и отправить Викторию в хорошую школу. Брат и сестра снова запланировали побег.
В этот раз всё прошло не так гладко, как некогда в детстве, но удача снова была на их стороне. Мистер Гэнкс довёз их до Тенвесса и поспособствовал, чтобы Мэтта взяли на не очень тяжёлую, но хорошо оплачиваемую работу. На какое-то время жизнь стала налаживаться. Мэтт целыми днями пропадал на стройке, а Виктория сидела в душной комнатке на чердачном этаже дома одного из приятелей мистера Гэнкса, читала одну за другой все книги, что ей удавалось раздобыть, и готовила брату ужин, когда он усталый возвращался домой. Какое-то время спустя ей тоже посчастливилось устроиться на работу: она стала прибирать в соседнем доме пожилой миссис Сантье и присматривать за маленькими детьми ужасно занятой мисс МакКавэл, жившей на соседней улице. Об учёбе на время пришлось забыть, потому что несовершеннолетнюю и без опекуна, Викторию вряд ли взяли бы в школу. Но зато у них с Мэттом, наконец-то, появились собственные деньги. Вскоре жизнь стала настолько нормальной, что Мэтт даже начал встречаться с девушкой — высокой, изящной, очень красивой Фэй Ян, дочерью уважаемого в городе врача. Виктория была не против, потому что, во-первых, ей очень нравилась Фэй Ян, а во-вторых, девушка прекрасно знала, что для Мэтта она всегда останется на первом месте.