Он шагнул ей навстречу, и девушка взяла его под руку. Они вместе вошли в галерею; Мэтт уныло и нехотя плёлся следом. Пройдя галерею, Керин не пошёл прямо в следующую светлую залу, а свернул налево и направил своих спутников сквозь короткий тёмный коридор к широкой царственной лестнице, покрытой золотистым ковром, расшитым изображениями таинственных цветов и неведомых зверей. Позолоченные перила то и дело пресекались резными арками из белоснежного камня, искрящимися подвешенными к ним подсвечниками над головами гостей. Потолок, такой же белый, как и арки, был украшен лепными фигурами ангелов и чертят. Виктория, задравшая голову вверх с открытым от восторга ртом, несколько раз споткнулась о ступеньки.
Когда они дошли до верха и перед ними отворились высокие золочённые двери, девушка не смогла сдержать восхищённого вскрика. Зала, куда привёл их Керин, была настолько роскошной и великолепной, что ничего более прекрасного просто невозможно было себе представить. Высокие овальные окна, расположенные по периметру полукруглой залы, оплетали виноградные лозы и кусты роз. За окнами царила ночь, и миллионы сияющих звёздочек подмигивали сквозь оконные проёмы. Начинаясь слева от входа и заканчиваясь справа, всё пространство вдоль стен занимал стол, уставленный всевозможными блюдами. Перед ним, прямо посередине залы, был устроен фонтан — великолепная статуя из белого мрамора, от которой во все стороны разлетались разноцветные брызги воды. Потолок был высокий и совершенно чёрный, а прямо под ним, в воздухе, без всякой поддержки, плавало множество круглых золотистых фонариков, сияющих как ослепительные маленькие солнца. Сияние это отражалось в зеркальном полу, отчего казалось, что вся комната утопает в расплавленном золоте.
Перед столом и возле окон, рядом с фонтаном и около входа, сидящие и стоящие, по одиночке, парами, кучками — всюду было множество народа. Мужчины и женщины, дети и старики, в нарядных одеждах, но с тусклыми безразличными взглядами — пленники Блунквилля, выдернутые из своих привычных одиноких миров, казались преисполненными тоски оттого, что были вынуждены присутствовать здесь. Они выглядели очень равнодушными и усталыми, ходили медленно и переговаривались друг с другом очень вяло, и даже то, что каким-то образом граф отчасти подарил им возможность понимать происходящее, была понятно, что они всё равно оставались далеки от реальности. Они с трудом притворялись, играя чуждые и ненужные им роли, как плохие актёры в дешёвом кино.
Викторию, однако, поразило другое. Она была удивлена тем, как много народа она здесь увидела. До этого она и не предполагала, что в Блунквилле столь много обитателей. Раньше ей казалось, что она знакома уже, по крайней мере, с половиной жителей, теперь же стало ясно, что она не знает и трети из них.
Стоило только Виктории, Керину и Мэтту оказаться на пороге залы, как взгляды всех присутствующих обратились на них. Виктория смутилась. Керин ободряюще сжал её руку и повёл её вперёд, мимо фонтана и к главе стола, где на тяжёлом кресле с позолоченными подлокотниками восседал граф.
— Добро пожаловать! — обратился он, когда трое ребят приблизились к столу. — Виктория, ты выглядишь сегодня просто чарующе. Из всех роз, что можно найти на свете, ты самый прекрасный цветок!
Виктория улыбнулась в знак благодарности, но очень сдержанно, почти без эмоций, и слегка поклонилась графу. Нехотя, словно не желая отвлекаться от созерцания Виктории, тот обратил взгляд на Мэтта.
— А ты, должно быть, Мэтт Арчер?
— Допустим. А вы, должно быть, здесь босс?
Виктория возмущённо толкнула Мэтта в плечо. Граф рассмеялся.
— Какой же у тебя невежливый брат, Виктория. Но его роль в этой истории очень важна, поэтому я не стану обращать внимания на его нетактичные реплики.
— Да нет уж, вы лучше обратите! — громко откликнулся Мэтт. — Потому что я желаю знать, когда мы вернёмся домой?
— Не хотите ли поужинать? — словно не слыша его слов, предложил граф, жестом указывая на кресла рядом со своим. — Еда здесь отменная. Таких блюд вы нигде больше не попробуете: всё самое восхитительное, что было изобретено в кулинарии за весь период существования человечества, находится сейчас на этом столе.
Ни Керин, ни Виктория с Мэттом не сдвинулись с места. Граф слегка нахмурился.
— Виктория, ты обязательно должна попробовать рассшимун с грибами и креветками! Ты же всегда мечтала отведать азиатской кухни, разве нет? Ну же, иди сюда. Я хочу, чтобы ты села здесь.
— Хорошо! — кивнула Виктория.
Отпустив руку Керина, она прошла между столами и опустилась на кресло рядом с графом. На её тарелке тут же возникло несколько разнообразных блюд, граф сам налил в её бокал вина. Жители Блунквилля, словно следуя её примеру, тоже начали понемногу рассаживаться за столом. Керину и Мэтту ничего не оставалось, как занять свои места.