Солнце палило в лицо. Съеденные несколько часов назад на Хайнане рамбутаны начали киснуть в желудке Ань, жара и убаюкивающие волны вызывали тошноту и слабость. С обеих сторон на ее плечи склонили головы братья. Взгляд Ань остановился на маленьком мальчике, спящем на коленях женщины напротив: с вьющимися светлыми волосами и голубыми глазами, он был непохож на окружающих и на свою мать, сходство можно было отыскать разве что в его смуглой коже и разрезе глаз. Шум с моря привлек внимание Ань, и, приглядевшись, она заметила лодку, идущую в их направлении. Сначала она не придала этому значения, и даже если бы заподозрила неладное, робость и страх не позволили бы ей попытаться привлечь чье-либо внимание. Но с приближением судна росло ощущение, что здесь что-то не так, к тому же другие пассажиры тоже заволновались – они шептались и переглядывались. Кто-то сказал:
– Может быть, это просто рыбаки или такие же беженцы, как и мы.
– Сохраняйте спокойствие! – приказал капитан, его голос дрожал. Он пытался изменить курс, но их лодка, нагруженная людьми, была гораздо медленнее, чем та, другая. Запах мочи резко ударил в нос Ань. Тхань и Минь проснулись и спросили ее, что происходит. Она ответила первое, что пришло на ум:
– Не волнуйтесь, ничего страшного. Спите дальше.
