– Извини, – нерешительно произнесла Джейн, подняв глаза на мать. – Я просто читала об этом… острове.
– Ты собираешься в отпуск? Опять? – удивилась Ань. – На какие деньги? Разве ты не планировала поехать в Испанию со своими друзьями?
– Нет, нет, мама, меня затянула черная дыра Интернета, – закончив с объяснениями, Джейн вернулась в свою комнату. – Я иду. Только переоденусь.
Она спустилась через десять минут.
– Поглядите-ка, кто наконец-то решил присоединиться к нам. Мы уже почти закончили, – с этими словами Уилл протянул сестре небольшую лопату.
Все вместе они принялись за работу: Лили звала маму каждый раз, когда из земли выглядывал червяк.
– Извини! – гримасничала дочь, когда Ань отбирала у нее лопату, закатывая глаза. – Они просто такие мерзкие.
– В Вунгтхэме мы с сестрами играли с ними и кормили ими кур, – сказала Ань. – А вы, дети, уж слишком нежные.
Джейн была сосредоточена не на земле, которую неторопливо отбрасывала, а на своих мыслях, ее губы шевелились, как будто она думала вслух. Ань подошла к ней.
– Ну что это такое! – сказала Ань. – Посмотри на свою футболку.
Джейн уставилась на свою белую майку, испачканную землей, и тут же принялась ее отряхивать.
– Прости, прости. У меня не очень хорошо получается, правда? – спросила она.
– Правда, – ответила Ань, стряхивая остатки земли с одежды дочери. – Ты из тех людей, что сидят в своих комнатах. – Она переключила свое внимание на куст форзиции, который следовало подрезать.
Джейн встала с ней рядом, рассеянно растирая в пальцах лепестки форзиции.
– Мама, – сказала она. – Ты не думала о том, чтобы снова начать общаться с людьми из твоей деревни? – Она вытерла лоб рукой. – Неужели тебе не интересно, чем они занимаются?
Ань внимательно посмотрела на свою любознательную дочь. Конечно, эта мысль приходила ей в голову. У Биань и Дука были страницы в «Фейсбуке», где им удалось отыскать нескольких друзей детства, и они призывали Ань и ее братьев сделать то же самое. Но Ань никак на это не решалась – отчасти потому, что плохо разбиралась в компьютерах, отчасти из-за страха перед тем, что́ сможет найти. Сейчас у нее все было хорошо. Зачем открывать дверь в прошлое? Она знала, что Тхань и Минь здесь, а ее родители, Май, Вэн, Дао и Хоанг мертвы. Этого было предостаточно.
Прежде чем Ань успела собраться с мыслями, Джейн заявила:
– Я создам тебе страницу. Можешь не пользоваться, если не захочешь. Но это совсем несложно, вот увидишь.
К ним присоединился Уилл с большой лопатой в руках.
– Что на обед? – поинтересовался он.
Ань ответила, что если бы он помогал с готовкой, то не спрашивал бы.
Дети людей, переживших Холокост, научились пренебрегать своими чувствами. Они считают свои проблемы и тревоги неважными в сравнении с родительскими. Они быстро усвоили, что их главная задача – быть «хорошим сыном» или «хорошей дочерью». Однако вскоре они осознали, что, как ни старайся, им никогда полностью не удовлетворить своих травмированных опекунов. Поэтому они испытывали чувство беспомощности.
