Кроме Лима. Он всё ещё выглядел неловко, когда встречался с Женевой взглядом, но Клара, как только увидела Женеву, обняла её одной рукой.
— Похоже, [Врач] оказался полезнее, чем я думала, не так ли? Ты в три счёта вырезала стрелу из моей руки, и теперь она ни капельки не болит!
— Мне жаль, что у меня не было ничего, чтобы заглушить боль.
Фортум покачал головой.
— Ты была быстрее всех, кого я когда-либо видел, девочка. Не волнуйся. Клара знает, что ты должна была вытащить наконечник стрелы.
— Ради этого стоило покричать и истекать кровью.
Клара серьёзно кивнула. Она постучала по своей руке.
— Я слышала истории о людях, которые использовали зелье, не вытащив наконечник стрелы. Они гнили изнутри и умирали с криками. Никакое зелье этого не исправит.
— Ты была так спокойна, — выпалил Лим.
Он глядел на Женеву с широко раскрытыми глазами.
— Откуда ты знаешь, как вытащить стрелу? У всех [Врачей] есть такой навык? На каком уровне ты научилась делать всё это?
Женева нахмурилась. Она не узнала этого из своего класса, но идея о том, что кто-то может научиться чему-то вроде хирургии, просто повысив уровень несколько раз, была… сомнительной. Фортум нахмурился и дал Лиму лёгкий подзатыльник.
— Невежливо спрашивать её уровень, парень.
Даже вопрос о Классах считался несколько невежливым, если только информация не была предоставлена добровольно. Это был личный и важный вопрос: зная точные уровни и классы человека, можно было определить, насколько он силён или полезен. Женева только пожала плечами.
— Я не высокоуровневый [Врач], но меня обучали хирургии и другим видам медицины.
— Хирургии? Ты имеешь в виду, как резать кого-то, как вчера?..
Лим выглядел обеспокоенным, и другой солдат ударил его по плечу.
— Мы тут едим, парень.
Женева кивнула. У неё не было проблем с испорченным аппетитом.
— Если придётся. Но обычно у меня гораздо больше инструментов. Я работала с тем, что смогла наскрести, но в следующий раз… ты не знаешь, где можно достать пинцет? Даже деревянный подойдёт.
— У кого-то они найдутся. Но если ты захочешь, в этой толпе наверняка есть кто-нибудь с Навыком работы по дереву.
Женева ухватилась за это предложение.
— Как ты думаешь, я могу заплатить им или попросить их сделать мне несколько инструментов?
Металл был бы гораздо предпочтительнее, но дерево лучше, чем ничего. Старик кивнул, медленно пережёвывая хлеб, размякший от его слюны и супа, чтобы его немногочисленные зубы могли справиться с остальной работой.
— Думаю, они сделают это бесплатно, даже если сержант не будет настаивать. После сегодняшнего дня каждый захочет оказать тебе как можно больше помощи, если вдруг именно у него окажется дырка в кишках.
— И такое ты тоже сможешь исправить?
Женева криво улыбнулась, но её нутро скрутило.
— Давайте не будем выяснять это прямо сейчас, хорошо?
Все засмеялись, и вскоре солдаты были подняты криками Трисса и снова двинулись в марш. Но позже [Сержант] нашёл Женеву, пока она шла с остальными.
— На пару слов.
Он отвёл её в сторону от остальных, а затем вложил ей в руки маленький ключ. Он был сделан из железа и был прочным. Женева растерянно посмотрела на него.
— Что это?
— Это ключ. От сундука с зельями лечения в повозке с припасами.
Трисс серьёзно посмотрел на Женеву.
— Ты новенькая, но после вчерашнего я и другие офицеры решили, что он должен быть у тебя. Но помяни моё слово. Если зелья пропадут или ты не закроешь сундук, тебя ждёт адская расплата.
Она встретила его взгляд.
— Не волнуйся. Я не буду красть.
— Хорошо! Я просто хочу, чтобы ты знала, как важно то, что у тебя есть. Не теряй его, а если потеряешь… сразу же скажи мне. Мы не можем потерять этот ключ.
Женева снова кивнула, и Трисс похлопал её по плечу одной рукой. Женева взглянула на повозку с припасами, засовывая ключ поглубже в карман. Ей доверили важную вещь. Сундук с зельями был, пожалуй, самым ценным, что вёз батальон наёмников.
Он находился в центре линии войск, в повозке, которую охраняли ветераны. Там хранились все ценные припасы, но зелья находились под дополнительной защитой сундука. Женева могла понять почему. Даже магический меч был не так ценен, как сотня с лишним бутылок с волшебной жидкостью.
Остальные ничего не прокомментировали, когда она присоединилась к ним на марше, хотя Фортум и бросил на Женеву спекулятивный взгляд. Но никто из них не выглядел вором, и Женева нашла время поговорить с другими солдатами и расспросить их об изготовлении деревянных инструментов.
Все они были дружелюбны, даже ящеролюды. Немногочисленные дуллаханы и кентавры были несколько отстранёнными, но статус [Врача], похоже, делал Женеву особенной.
Никто, вероятно, не знал, что такое [Врач]. О, они были знакомы с [Целителями] и считали [Врачей] разновидностью этого класса, но Женева чувствовала, что к ней относятся как к знахарке или акушерке.
Этому миру не нужны были [Врачи]. Не то что её миру. От этого знания у Женевы болело и саднило в груди. Неужели она бесполезна?