Вероятно, это объяснялось тем, что низкий стол позволял Кальварону лечь на пол, пока он ел. Однако Церия всё ещё не могла сосредоточиться на еде. Плывущие разноцветные огни, столы, заставленные всевозможными яствами, и особенно болтающие, сплетничающие, смеющиеся группы разумных всех видов за каждым столом – всё это её ошеломляло. Её окружали маги, и каждые несколько секунд Церия видела, как кто-то произносил заклинание или иллюстрировал свою мысль с помощью заклинания.
— Хватит пялиться, Спрингуокер. Еда сама себя не съест, и если ты захочешь добавки, тебе придётся есть быстро.
Церия посмотрела на Кальварона, а затем осознала, что её стейк остывает. Она добавила немного масла, посмотрела, как оно тает, и начала поглощать мясо.
Фишес уже ел так, словно перед этим голодал. Ни он, ни Церия не отличались хорошими манерами за столом, но Кальварон и Беатрис, казалось, этого не замечали.
— Откуда взялась вся эта еда? Уж точно не магия.
— Ха! Ты думал, она просто появилась из ниоткуда? – позабавили эти слова Кальварона.
Он указал в сторону, на длинные фуршетные столы, где все они брали свою еду.
— В основном готовкой занимаются големы и [Повара]. Вистрам нанимает лучших, а то, что мы не съедаем, они сохраняют на другой день.
— Наверное, это удобно, иметь кучу конструктов, чтобы делать большую часть работы. Хотя я не знаю, как вы так легко с ними уживаетесь.
Кальварон пожал плечами. По дороге сюда он прошел прямо рядом мимо двух огромных, громоздких каменных големов, в то время как Церия и остальные прошли как можно дальше от них.
— Если вы останетесь здесь, то быстро к ним привыкнете. Беатрис ненавидела все здешние зачарованные доспехи. Целых два года она думала, что это другие дуллаханы, и окликала их.
Он засмеялся, и Беатрис нахмурившись перестала есть. Фишес огляделся вокруг.
— Я ценю, что нас кормят сразу по прибытии, но вы уверены, что здесь нет приветственной речи? Никакого представления?
— А оно вам надо?
Кальварон подождал, пока Фишес покачает головой.
— Большинству магов нет дела до новых учеников. Только Экспансионисты и Возрожденцы заинтересованы в том, чтобы была система, хотя каждая фракция обычно вносит свой вклад.
— Экспансионисты? Возрожденцы?
Фишес и Церия обменялись взглядами. Кальварон кивнул.
— Вы скоро узнаете о них больше. Но Вистрам не является единым местом. Вы быстро поймёте, что здесь есть свои фракции. Маги либо объединяются вместе, либо ходят в одиночку, в зависимости от личных качеств.
Церия была удивлена этим.
— Значит, здесь нет официальной церемонии, где мы выбираем, где мы хотим оказаться? Я думала, нас определят в группу или… фракцию или что-то в этом роде.
Кальварон рассмеялся, пока ел, и даже Беатрис улыбнулась.
— Не будь глупой. Кто будет настолько глуп, чтобы публично объявить, на чьей он стороне? Не говоря уже о том, что нельзя вот так просто объединять разумных в группы.
Он фыркнул и указал на новых студентов.
— Если вы умны, вы будете выбирать с умом и никому не скажете, если присоединитесь к фракции. Конечно, слухи об этом быстро распространятся, но, по крайней мере, у вас будет шанс. И я надеюсь, что вы продадите свою верность с умом. Чтобы выжить в одиночку в Вистраме, нужно быть сильным магом, но лучше так, чем стать рабом.
Он указал ниже по залу, на небольшую группу магов, которые сидели в одиночестве. Их мантии были явно магическими, а один из них повысил голос и указал на иллюстрацию, которую создал из воздуха.
— Видите их? Это Изоляционисты. Они предпочли бы, чтобы мы вообще перестали принимать новых магов в Вистрам, и чтобы начинающие маги сами находили сюда дорогу. Да, это отсеет посредственных кандидатов, но представьте, сколько бизнеса мы потеряем!
Беатрис нахмурилась.
— Глупо. Пустая трата денег.
Кальварон закатил глаза.
— Беатрис – Возрожденка. Она принадлежит к фракции, которая считает, что мы должны широко распахнуть наши двери и начать новую эру магии, как в прошлые века.
— А ты? К какой группе ты принадлежишь?
Кентавр усмехнулся.
— Я не представлен, по крайней мере, пока. Возможно, я присоединюсь к какой-нибудь фракции, но я ещё не настолько важен, чтобы они начали на меня давить. А что насчёт тебя, Фишес? Стал бы ты Изоляционистом или Возрожденцем, если бы представилась такая возможность?
Фишес кивнул сам себе, задумавшись.
— Ну, я пока не в курсе всех нюансов дискуссии, но моя позиция была бы…
Церия пнула Фишеса под столом. Он вскрикнул, и она зыркнула на него. Кальварон снова рассмеялся.
— А ты быстро учишься, не так ли?
Церия как раз собиралась спросить Кальварона о различных фракциях в Вистраме, когда услышала какой-то звук. Она повернула голову и уставилась на один из входов в большой зал. Через него ворвался молодой человек в растрёпанных одеждах, крича:
— Гули! Они заполонили западные коридоры!
На секунду воцарилась ошеломлённая тишина, а затем все новые ученики начали кричать. Вбежавший маг скрылся в зале, и тут Церия увидела их.
Гулей. Они выбежали из коридора. Мёртвые тела прыгали вперед с невероятной силой и ловкостью, и их глаза горели нечестивым светом.