— Ты мне не доверяешь, да?
Я чувствовал ее взгляд, пока открывал дверцу.
— А должен?
Наоми не ответила. Уже в машине стало понятно, что она напряженно размышляет, как бы еще подобраться к проблеме. Ее взгляд упал на книгу Кевина Блейка, которую он подарил ей после беседы.
— Кстати, это тебе. — Наоми протянула мне книгу. — У меня распечатка есть еще с воскресенья.
— Пригодилась?
— Как и сказал суперинтендант, писатель из Блейка так себе. Книга — гибрид полицейского отчета со словарем. Я не смогла дочитать…
— «Лунатик. Пробуждение чудовища», — прочел я на суперобложке и положил книгу обратно на приборную панель. — Мне уже названия хватило.
— А я думала, ты книгочей… — В ответ на мой взгляд Наоми пожала плечами. — Ну квартира, книжные шкафы…
— Дешевле звукоизоляции, — ответил я, сворачивая разговор. — Слушай, вернемся в участок, свяжись с детективом-инспектором Джеймсом и его группой по поводу записей с камер наблюдения в больнице. Это шанс раскрыть дело побыстрее.
Наоми посмотрела на меня, но ничего не сказала.
— Возможно, придется корпеть над ними несколько дней. Готова?..
— Конечно, — кивнула Наоми.
— И пожалуй, стоит написать отчет о том, что мы узнали от Блейка и Мура, хотя, конечно, Джеймс дышит нам в спину.
Она снова кивнула.
Паррс не сможет придраться к тому, что я поручил ей эту работу, а я хотя бы ненадолго вздохну свободнее. Надо, чтобы Наоми отказалась от идеи, что объектом покушения был я. Даже если это и так, ничего хорошего из этого не выйдет ни для нее, ни для меня. Сканер захрипел, возвращаясь к жизни, но Наоми добралась до него первой:
— Констебль Блэк слушает.
Ее глаза загорелись: диспетчер сообщил, что, возможно, удалось засечь женщину в зеленом спортивном костюме. Наоми завела мотор, включила мигалки и развернула машину. Несмотря на все мои старания, мы устремились вперед.
Угнанный с больничной парковки «фиат» обнаружился на Лоуэр-Ормонд-стрит — в дорогом квартале с культурно-художественным центром и улицами, окаймленными краснокирпичными домами. Машина полыхала. Значит, она целые сутки находилась в распоряжении наркоманки, которую я видел в больнице, и никто ее не остановил.
Может, не настолько уж сильно она надралась.
Пожарный расчет тушил огонь. Надежный способ стереть отпечатки пальцев.
— Да-да, в зеленом спортивном костюме, — подтвердила женщина, вызвавшая полицию. — Смотрелась странно на фоне машины. А потом вдруг дым пошел.
— У нее было что-нибудь в руках? — спросила Наоми.
Свидетельница прикрыла глаза, вспоминая.
— Кажется, рюкзак… светлый, замызганный… Это та самая женщина из новостей?
— Весьма вероятно. — Наоми сделала себе пометку. — В каком направлении она скрылась?
— Я занималась детьми, извините.
Мы перешли через дорогу. Пожарные заканчивали работу.
— Хитрая девица, — сердито сказала Наоми и умолкла, ожидая от меня ответа, но я молча смотрел, как пожарные сворачиваются. — Ну, что будем делать? Прочешем район?
Она явно не хотела, чтобы я сплавил ее в Главное управление в Центральном парке.
— Да тут даже непонятно, с чего начинать, — возразил я. — В двух минутах ходьбы — самая оживленная дорога в городе, да еще и в час пик. На севере вокзал, а дальше — ищи свищи. На юге университеты. Можно послать патрульных обходить каждый дом, но в лучшем случае узнаем, в каком направлении она скрылась.
— Похоже, мы отстаем от нее на считаные минуты…
— Лучше смирись с этим.
— Ага. Тебя это не интересует, — резко сказала Наоми.
Я направился к машине.
— Нисколечко, так ведь?
— Никого не интересует, — ответил я не оборачиваясь.
— А по утренним газетам и по пресс-конференции видно обратное.
— Всех интересует сгоревший ублюдок, а не правда.
— Хорошо же мы потрудились. — Наоми поравнялась со мной. — Суперинтендант Паррс велел нам найти эту девицу раньше, чем спецназ. Почему бы это?
— Ты же слышала Чейз утром, сообразишь.
— А сам-то знаешь почему?
— Потому что они считают ее убийцей Ренника. — Я пристально поглядел на Наоми. — Если ее найдут, то пристрелят на улице.
— И тебя это не волнует?
— Я там уже был.
— Где это «там»?
— На стороне проигравших, констебль Блэк. Добро пожаловать на борт. Найдешь ее и посадишь под замок, убьют и там. Они всегда так поступают.
— Кто они?
Я молча зашагал к машине.
— Ты работал под прикрытием, — сказала Наоми.
Я остановился, и она проговорила мне в спину:
— Выявлял коррумпированных полицейских.
Я ничего не ответил.
— Значит, выявил?
Я поймал свое отражение в зеркале.
— Везде.
— Ладно, — сказала Наоми, помолчав. — Но это они. А мы говорим о тебе. Неужели тебе все равно, что ее найдут и застрелят? Смерть женщины будет на твоей совести.
— Еще одна. — Я открыл дверцу, сел в машину и оглянулся.
Наоми глядела куда-то перед собой, слегка сдвинув брови, будто заблудилась на незнакомой улице. Потом села в машину. Я не стал смотреть напарнице в глаза. Она молча завела мотор, а я снова увидел свое отражение в боковом зеркале. И откинулся на спинку сиденья, чтобы себя не видеть.
