Внизу - коса, впереди - адлеровский выступ. До него не дотянуть, придется совершить вынужденную посадку на косе.
Отстреливаюсь, скольжу влево-вправо, берегу каждый метр высоты. А черные кресты наседают.
Но тут происходит неожиданное - мотор снова заработал!
Даю газ, внизу проплывает Кудепста, вот и Адлер. Спасение! Открыла огонь наша зенитная батарея, расположенная на возвышенности у аэродрома. Она отсекла от меня стервятников.
Как приземлился - не помню. Но в памяти остались радостные лица друзей.
Меня не ждали: майор Ермилов сказал, что я сбит.
Произошел тяжелый разговор. Ермилов не захотел слушать моих объяснений, резко бросил:
- Вы оторвались от строя. Я ничего не видел, знаю одно: место ведомого - в хвосте у ведущего. Запомните!
Это было тяжелее только что пережитого в небе. Как тут оправдаться? Разрядку внес Володя Евтодиенко. Узнав о нашем разговоре, он заметил:
- Слишком близко к сердцу не принимай. В бою все было не так как надо, все виноваты. Ты вернулся - еще повоюем...
Вот такой оказалась первая встреча с "мессершмиттами". Явно не в мою пользу ни в воздухе, ни на земле.
Перебирая все в памяти, я невольно унесся в далекое детство. Пришли мы, мальчишки, купаться. Все знали, что я еще не умею плавать. Сняв трусики, я обычно заходил в воду, где помельче, и там барахтался. А тут вдруг случайно оступился, попал в яму и скрылся под водой. Когда вынырнул и, дрожа от страха, кое-как выкарабкался на берег, - там уже никого не было. С перепугу в чем мать родила примчался домой, забился в угол и заревел. К моему удивлению, дома никого не оказалось. Успокоившись, оделся, выбежал на улицу. И тут вижу: вся в слезах, размахивая брошенными мной с перепугу трусиками, крича: "Утонул, утонул", бежит моя мать. Увидела меня - остолбенела, придя в себя - отстегала меня трусиками, а потом бросилась целовать. Оказывается, панику подняли прибежавшие в деревню мои товарищи.
...Устав до предела, валюсь в постель и засыпаю.
- Скоморох, вставай, вылет, - слышу, кричит в ухо Мартынов.
Я вскочил, глянул на часы - мать честная! - проспал двенадцать часов!
- Шевелись, Коля, ведущие ждут нас...
Евтодиенко - Мартынов, Попов - Лаптев, Кубарев - я вылетаем в район Туапсе. У меня еще не прошло тяжелое впечатление от вчерашних событий, а тут снова вылет. В район Туапсе пришли благополучно. Там обнаружили ФВ-189 и снова, как в первом бою, все разом навалились на него.
Кубарев, увидев, что получается свалка, ушел вверх. Я - неотступно за ним. И встречаем пару "мессеров". Это тот случай, о котором говорил Дмитриев. "Мессеры" не стали ввязываться с нами в бой, они торопились выручить свою "раму". Кубарев стал разворачиваться за ними, я следом, и вдруг вижу вокруг себя шнуры эрликонов. Оглядываюсь - четыре "мессера". Они решительно отсекли меня от Кубарева. Черт подери, почему мне так "везет" на четверки? Разве на моей машине написано, что я молодой летчик и со мной можно разделываться безнаказанно?
Кубарев был связан боем с парой. Я - с четверкой. Евтодиенко и Попов с ведомыми добивали "раму". Карусель вертелась минут десять. "Вчера - пронесло, сегодня - доконают", - такие мысли мелькали в голове.
Я ожесточенно отбивался. Очереди давал одну за другой. Но ни одна из них не достигала цели. И это несмотря на то, что несколько раз я бил прямо в упор. Бронированные они, что ли?
Мое спасение было в том, чтобы уйти вниз, к своим. Но немцы не дают мне снизиться. Как же быть? Вот один заходит в атаку. Жму гашетку - очередь. Немец ныряет вниз. Я за ним, преследую его, бью из всего оружия. Скорость у него больше - он уходит. Вижу рядом наш ЛаГГ-3 - это Сережа Лаптев. Он помахал крыльями - пристраивайся, мол. Они, оказывается, "раму" сбили и теперь готовились к бою с "мессершмиттами". Но те, увидев, что мы собрались вместе, убрались восвояси.
Все живы, здоровы, пополнили боевой счет полка,- довольные собой, возвращаемся домой. Стоит яркий солнечный день. Внизу - красивый вечнозеленый Сочи, голубое море слепит.
- Ну вот, Коля, ты уже не только отбиваешься, но и сам нападаешь, - сказал на земле Евтодиенко.
- Какое там нападаешь... Пока только отбиваюсь. Вот тебе и "адлер" значит "орел"!
- Ничего, Коля, у нас на Украине говорят: "За одного бытого двох небытых дають"...
Мы проведем еще несколько напряженнейших боев. И я обнаружу одну неприятную странность: мои очереди все время проходят мимо целей, В чем дело? Рассказал об этом Евтодиенко.
- Да, тут есть над чем подумать. Идем к Микитченко, - предложил он.
Выслушав меня, Яков Иванович приказал на две недели засесть за учебники по теории воздушной стрельбы.
Двух недель оказалось достаточно, чтобы я сам разобрался в том, почему мои снаряды не достигают цели. Я просто-напросто не брал нужного упреждения, не осуществлял слежения, открывая огонь с большой дистанции.
Микитченко принял у меня своеобразный зачет, заставил тренироваться в прицеливании.
Снова уходим на боевое задание. И опять: Евтодиенко - Мартынов, Ермилов Скоморохов.
