— Гордость… — он проговаривал шепотом, но этот шепот был громче, чем рев моря во время бури, чем нахлестывающая морская волна, чем удар воды по кораблю во время шторма. — Невозмутимость… необузданная ярость… смелость… неотвратимость… вот он… не соврал. Сын Хаоса Первозданного! Он породил всех божественных существ, а ты поможешь породить всех полубогов в нашем мире!
– Палаты покоя
Я присвистнул. И не только я. Видимо, Ника тоже все это прочитала. А потом я пригляделся и стал сопоставлять два и два… у нас был ключ от убежища Асклепия, он же божественный артефакт, а также мы были ранее рядом с ним. И как бы тут глупо было бы не понять, что убежище находится под моим с Никой родным городом. Скорее всего, даже в том тоннеле, через который я проходил с Митроклом, в котором я в детстве играл. Ирония судьбы… ведь показалось тогда что-то странным, но я не понял, что именно.
— Вижу, осознание приходит к тебе, — улыбнулся старец. — Чудно. Значит… наше дело не загнется. Путешествуйте по миру. Все убежища связаны между собой. Попав в одно, если есть доступ к убежищу Геры, вы попадете и в другое. Она покровительствует не просто так браку… ведь брак — союз, соединение. И она позволит, даст силы, чтобы соединить все пространства воедино. И войдя в одном месте… можно выйти совершенно в другом.
— Значит, нужно найти её убежище, — хмыкнул я. — А если учитывать, что храм Гераион находится в Олимпии… думаю, что не просто так нам туда нужно. Я ведь прав?
— Истинно, — кивнул старик, и тут же лопнула кожа на его шее. — Мое время теперь окончательно подходит к концу. Я, наконец, выполнил свою миссию, возложенную на меня нашим сыном Хаоса, а также моим отцом-прародителем. Сражайтесь… герои. Ваше будущее — будущее этого мира. Как вы поступите, так и будет развиваться мир. Ведь ваша судьба неподвластна Мойрам. Несите это знание с умом!
Я хотел было ответить, что я это и так знаю, но не успел. Идас прикрыл глаза… а потом рассыпался в прах, который тут же превратился в капли влаги, моментально испарившейся. Золотом. Последние крохи его божественной силы покинули этот мир, устремившись окончательно в Элизиум.
Я вытянулся, вытащил глефу из пола, взял оружие в левую руку и ударил кулаком в грудь. Он был воином. Он был героем. Героем и погиб, оставив нам наследство. Горестный, но величественный момент. Мир будет жив. Мы об этом позаботимся. И теперь стало чуточку понятнее, как нам это сделать. Нас мало… но мы сможем быть практически везде!