– Смотрите не разбейте, – предостерегла настоятельница и, рассмотрев верстак, обрадованно поинтересовалась: – Матвей, у тебя спички есть?
– Только зажигалка.
– Сойдет, я тут коробку со свечами нашла.
– А они не испортились? – усомнился старик.
– Парафиновые, что с ними станется? Им что год, что тысяча, без разницы. Это, разумеется, не фонари, но все же лучше, чем ничего. Эй, кладоискательница, ты там случайно ящик батареек не находила?
– Идите сюда, – странно напряженным голосом произнесла девочка.
Старкова стояла возле решетки, перекрывающей большую нишу, и напряженно рассматривала что-то, укрывающееся за ней. Подойдя поближе, настоятельница сперва инстинктивно схватилась за автомат, но тут же расслабилась – у дальней стены, скрюченный в три погибели, сидел демон. Мертвый.
Многоопытная Лилит классифицировала его с первого взгляда:
– Сильф.
– Высший?! – охнула воспитанница.
– Не так просто. Вообще-то высший, но из диких кланов.
– Они особняком стоят, – уточнил Матвей. – Я сам видел, как свита сильфа грызлась с мангусами.
– Вам повезло, что вы выжили, – с почтением произнесла Старкова.
– Да, – согласился старик. – Так, по мелочам отделался… кое-какие ненужности поотрывало.
– Он закован в цепи, – определила Лилит. – И странный какой-то, похоже, с него содрали кожу.
– У сильфов нет ороговевшего хитина, – уверенно заявила настоятельница. – Не завидую тому, кто сдирал с него кожу. Она волокнистая, по прочности превосходит кевлар в десятки раз.
– Бронежилет бы из нее отличный вышел, – мечтательно протянула воспитанница. – Это гораздо круче переработанного псевдохитина.
– Возможно, кто-то и сделал, – предположила Лилит. – Ему к тому же еще и часть головы отрезали.
– Здесь еще один, – заявил Матвей, рассмотрев содержимое соседней клетки. – Гончая фиболо, вернее то, что от нее осталось. Кто-то отрезал ей передние лапы и голову. Не завидую я этим столярам: работа нелегкая, а если тварь была еще жива, то при этом наверняка возражала… Да что это за место такое интересное? Чем здесь занимались? И кто?
– Первая лаборатория, наверное, – неуверенно ответила настоятельница. – Слышали о ней?
– Нет, – хором произнесли воспитанница и старик.
Но Лилит знала больше их:
– Да, я слышала, но немного. Но ведь она располагалась в здании, там, где сейчас вторая казарма для младших, а это далеко. В его подвале есть несколько замурованных ходов, но я так и не нашла проход в ту часть подземелья.
– А что за лаборатория? – полюбопытствовала девочка.
– Я сама мало знаю, – ответила Нельма. – Она не имела отношения к нам. В этой местности одновременно основали Монастырь и исследовательскую лабораторию. Первую Клетку содержали ученые, они же проводили опыты над тварями. Постепенно наш Монастырь разросся, стал полностью автономным, а соседство научных специалистов создавало трудности. Слишком много мужчин, а у нас одни женщины… В общем, в конце девятнадцатого века ученые убрались в близлежащий центр.
– На лабораторию это мало похоже, – констатировала Старкова.
– Логово садиста, – буркнул Матвей и в доказательство посветил на потолок.
Все послушно подняли головы, воспитанница тут же испуганно пискнула: на цепях тут и там висели части тел демонов – в основном головы. Самое странное, что местами виднелись человеческие черепа и кости, а свод покрывали самые настоящие каббалистические знаки: пяти– и шестиугольники, заключенные в круги, кое-где различались вычурные надписи на неизвестном языке.
– Да уж, весьма странная лаборатория, – согласилась настоятельница. – Хотя кто знает, сколько веков этому залу? Нам легче, мы пользуемся опытом предшественников, а им приходилось работать вслепую, пытаться искать истину самыми странными методами.
– А что это за надписи? – поинтересовалась воспитанница.
– Не знаю, похоже на язык основателей, только как-то непривычно написано. Знаки слишком ломаные, я с трудом узнаю только некоторые из них.
– На Аргументе похожая надпись, – заметила Лилит.
– А вы знаете, что она означает? – осведомилась Старкова.
– Нет, никто не знает. Хотя, легенды говорят, что она переводится как «Ищущий, который».
– А что это значит? – не унималась девочка.
– Это значит, что мы здесь отдохнем несколько часов, – заявила настоятельница. – Но для начала надо обыскать все помещение, вдруг обнаружим ход в западном направлении. Тогда после отдыха нам не придется опять спускаться в дренажные галереи.
Идея была здравая, да и без этого никто бы не стал оспаривать слова хозяйки Монастыря.
Чапай плеснул в лицо Робинсона водой и, не дожидаясь, когда жертва очнется, пошел на кухню за спичками. По досадному недосмотру он не приготовил вовремя эту деталь реквизита, вот и пришлось отвлекаться. А без огня трудно продолжить намеченную программу «беседы»: Бровкин старательно забил куратору под ногти уцелевших пальцев четыре зубочистки, теперь их необходимо было поджечь. Рыцарь почти не сомневался, что ему рассказали все, что можно и нельзя, но на всякий случай надо бы кое-что уточнить. Да и время за развлечением быстрее пройдет.
Но добраться до кухни ему не удалось – в дверь позвонили.
