Тем временем зеркальце пиликнуло, и над ним возник крохотный дух, изображающий сказочного зайчика в коротких жёлтых штанишках и белой футболке.
— Здравствуй, мой друг, — пропищало животное, — сегодня ты научишься пользоваться смартфоном. Скажи, сколько тебе лет?
Я поглядел на машину с храпящим внутри упырём и достал из добротных ножен охотничий нож с серебряной полоской, который тоже купил с прибыли от тролля.
— Ты, это, не шуткуй. Я не помню сколько мне лет. Ты мне расскажи, что делать без этих сказок.
Зайчик продолжал глупо улыбаться и часто моргать большущими косыми глазами.
— Я сейчас с тебя шкурку спущу, — продолжил я, а зверёк опять принялся за своё.
— Скажите, сколько вам лет.
— Тварь скудоумная, — прорычал я и положил руку на рукоять.
— Да блин, скажи, что семь, — раздался голос вампира, — как раз подходишь по интеллекту.
Я оглянулся, но не стал ругать Василия, вместо этого наклонился к зверю и прошептал.
— Семь.
— Хорошо. Как вас зовут?
— Ярополк.
После этого заяц пустился в долгие объяснения, рассказывая о звонках, письмах, приложениях и прочей пакости, от которой у меня голова кру́гом пошла. Оказывается, у каждого человека есть свой номер и своя почта. То есть, указание места, куда почтовые духи — биты и байты — доставят послание и узнают по клейму. Совсем как голуби, что порхают по голубятне и даются в руки только хозяину, а выпустишь его, он с грамотой и прилетит. Долго я не мог понять, что такое приложение, покуда не сообразил, что это тоже ручные духи, готовые тебе услужить или развлечь.
В конце рассказа я уронил голову на стол, да так, что лоб ушиб. Тяжкая это наука — смартфону учиться. Сложнее только грамота и счёт. И ладно бы грамота, там просто запомнить нужно, что буков не сорок одна, а тридцать три, и как слышишь, так и пишешь. Например, «Жыла была дайярка и диржала ана рыжайу карову и карова малака давала балшойе видро». Василий знатно матерился, читая мои грамоты, и говорил, что какие-то чукчи и то лучше пишут.
А вот со счётом совсем тяжело было. Раньше как было, буквица «Аз» с чёрточкой сверху — это один. Буква «Иже» с чёрточкой — десять. Если поставить эти буквы рядом, то получится одиннадцать. Сейчас всё не так. Сейчас особые цифры учить надо, и ещё нужно знать, как их ставить. А ещё загадочный нуль, который сам по себе пустое место, а если с единичкой его рядом поставить, то уже десять выходит.
— Слушай, мне нужны прилагания, чтоб с арифметикой и грамотой помогали, чтоб с друзьями разговор вести, чтоб дорогу показывали и моё золото считали без обмана, — пробормотал я, не отрывая лица от столешницы.
— Загрузить? — тут же спросил улыбчивый зайчик.
— Ага.
Смартфон несколько раз пиликнул, а потом под стеклом добавились картинки. Я не знал, какую выбрать, и стал нажимать все подряд. В воздухе загорались разноцветные искры, превращающиеся в крохотных человечков, висящих в воздухе. Каждый не больше перста. Девица в строгом чёрном платье, скоморох с больши́м ящиком на плече и ярко крашенными длинными волосами, старичок в больших очках и огромной книгой, воин в броне и с огненным мечом, ещё одна девица, но уже в синем.
Я опять уронил голову на стол и ткнул наугад пальцем в духов. Палец прошёл сквозь них, не встретив преграды, но скоморох перестал глупо моргать, обернулся вокруг себя, превращаясь в чернявого мужичка в блестящем кафтане. Я отпрянул от стола, а дух начал глупо кривляться и петь нелепую песню: «Банька моя, я твой глазик! Зайка моя, я твой тазик!».
— Тьфу ты, — выругался и взмахнул ладонью, пытаясь прогнать духа, но тот не исчез, а снова сменил обличье и песню.
На этот раз передо мной висела девушка с большими глазами, которая начала что-то верещать на непонятном языке тонким противным голоском. Я ухмыльнулся и снова провёл ладонью. Теперь это была девушка, которая повторяла всего три слова под незамысловатую музыку. Со слов было ясно, что девушка очень сильно хочет мужика, аж мочи терпеть нету. Я молча досмотрел, как она трясёт сиськами и задницей, а потом возник мужчина с гитарой, который завёл хриплым голосом очень грустную песню. Я не понял смысла, но было что-то притягательное в ней.
— Вась, а чё он поёт?! — снова стукнул я по боку Барсика.
— Да ты задолбал! — послышался возглас вампира, а потом он всё же пояснил. — Металлика, анфогивен. То есть непрощённый.
Я вздохнул и подался к певцу.
— Эта, мил человек. Мне ещё таких песен. Будь добр.
— Жанры рок, хэви-металл и эпик-металл включены в список воспроизведения, — отозвался скоморох, а я достал из стола наушники.
Я сразу понял, как ими пользоваться, это чтоб тебе прямо в голову пели и шептали. Только не поленись шнурок в смартфон вставить.
— Вась, пойду погуляю! — выкрикнул я, вставая с места и засовывая нож в ножны на поясе.
— Можешь не спешить с возвращением, — пробурчал вампир, провожая меня в дорогу.
