Плюх безвылазно сидел на линкоре и занимался только кораблем. С планеты собрались все младшие, откликнувшись на зов Бупять, и теперь дела пошли намного быстрее. Каждая из них сделала кладку на ещё десять сестёр, хотя Бу разрешила только четверых. Они неделю отъедались концентратом, пока не пришли в норму, но всё обошлось. Всем влетело, включая Плюха, хоть он и был не в курсе. Наконец, младшие смогли продолжить работу уже всеми тружениками, а не тем десятком после потери веса, и на одной из палуб стационарного линкора стал собираться корпус нового красавца. Крейсер класса Одиночный рейдер.
Лёгкость корабля позволила увеличить энерговооружение и защиту без добавления нагрузки на реактор. Хотя и его показатели были завышены. Если судить по виртуальным тестам, то он мог держать одновременно щиты на полную мощность и не прекращать стрельбу из всего, что Плюх с такой любовью напичкал во внешнюю обшивку. Бродяга рекомендовал закрыть большинство турелей фальшпанелями для того, чтобы оставить сюрпризом для противника настоящую мощь судна. А то, что это получался монстр, Плюх уже не сомневался. Команда из двух десятков специалистов и около трёх тысяч десантников уже готовилась. Крейсер стал немного больше, чем планировали изначально. Подгорец позаботился и о своём друге, он сделал для эсминца новый ИскИн и увеличил возможности Бродяги почти вдвое, чтобы очередной раз перенести его. На днях планировалась переброска оборудования и Бродяга должен был уже сам следить за своей постройкой. Он ещё об этом не знал.
По орбите Древней, с разным успехом, уже перемещались более трёх десятков различных кораблей и встал вопрос топливных стержней. Их ещё было очень много, но Совет Родов пришел к выводу что такое быстрое развитие приведет к нехватке топлива. Ведь на планете стали появляться небольшие атмосферники в виде катеров и десантных ботов ещё не приписанных к бортам более крупных судов. Все они были отремонтированы на скорую руку, но свои задачи выполняли. Дроидов-техников всё также не хватало, но спасали базы знаний, и люди учили их с большим энтузиазмом. Плюх объявил конкурс на пилотов, связистов, щитовиков, инженеров и ещё с десяток профессий для будущего флота, мужчины и женщины разных возрастов решили попробовать себя в новом деле. Требовался даже повар, так как возможности кухонного комбайна были столь разнообразны, что вместо полезной пищи можно было получить пластмассу на ужин. Картриджи – это хорошо, но их срочно требовалось заменить на более свежие. Синтезированный белок – это не тоже самое, что природный белок, и задача фермеров была обеспечить длительный полет будущего корабля, а в будущем и всего флота.
Каждое серьезное хозяйство уже обзавелось своим фермерским комплексом и проблем с продуктами не было. Даже в холодный сезон парниковые хозяйства исправно поставляли свежие овощи и фрукты. Подводные города освоили производство водорослей, которые занимали почти половину пищевого картриджа. Из них синтезировалась даже привычная зерновая каша, которую сложно было отличить от настоящей. Лишь небольшое включение зерна для недостающих элементов и практически любой хлеб имел тот же вкус и, что самое главное, состав, что и обычный. Технологии выращивания мясной массы требовали большого количества клетчатки и на полях стали появляться ранее непопулярные травы. Специально приготовленный состав заливали в контейнеры и через месяц этот контейнер вскрывался, а мясо разделывалось. Приходилось добавлять некоторые микроэлементы и вкусовые добавки, но пищевая ценность продукта была на высоте. Уж куда лучше синтезированного из органической массы, используемой в дешёвых пищевых картриджах.
Выращивались специальные бактерии, которые очень быстро наращивали массу и затем их можно было использовать в пищу. Предварительно обработав, смешав с другими составляющими и придав форму, естественно. Комбайн мог выдать нарезку даже со случайно попавшимся хрящом, хотя изначально масса была однородной, так что к качеству и виду пищи подошли очень основательно. Если заказывался цельный корень миширы, то он в тарелке лежал целым, а не как загруженная масса в одном из картриджей, тут не подкопаться. Если хозяйке его необходимо нарезать, то сначала создавали, а потом нарезали или предоставляли это сделать самой, на ее усмотрение.
Любой владелец таверны отдавал любые деньги за качественный кухонный комбайн и не жалел денег на свежие картриджи. Их изготовление ушло непосредственно к фермерам. Качество продуктов отслеживалось в момент его загрузки самим комбайном и обмануть было невозможно. Даже места хранения на складах были оборудованы специализированными тестерами, поэтому оплату производили после загрузки на склад, а в тавернах, уже после загрузки в комбайн. Их меняли не так часто, да и кому охота возиться со ста килограммами различных ёмкостей, объеденных в единый картридж. Редко кто менял каждую ёмкость отдельно.
