А визиты стали повторяться с назойливой настойчивостью. Люди приходили разные, но спрашивали все об одном и том же – не видел ли я одного из охранников, который пропал. Наконец, мне даже показали фотографию какого-то блондина с жестким взглядом. Не красавец, но определенно что-то в нем было… Мне сказали, что тип этот очень опасен: бывший спецназовец, потом почему-то переметнувшийся в наемники. И руки у него, на этом особенно акцентировали мое внимание, по локоть в крови. Я опять честно сказал, что никого не видел. Да и охранники на той дачке были как клоны – все на одно лицо. Хотя б очки иногда снимали – для разнообразия…
Вечером я решил развеяться и поехал в стрипклуб, где в свое время зажигали Вова и Луи. У выхода с автостоянки кто-то поставил лавку. Там обычно охранники курили. Сегодня на лавке сидел белобрысый пацан в поношенных тренировочных штанах. Я поначалу даже и внимания на него не обратил. Выхожу со стоянки – и вдруг слышу:
– Вам секс-раб не нужен?..
Чумовое предложение! Я аж застыл.
– Да нет, – говорю, – я садо-мазо не увлекаюсь.
Потом смотрю, кто же это предлагает. Точно, тип с фотографии. Ни фига себе!
– Александр Владимирович, мне ваша помощь нужна! – скорее не просьба, а приказание…
– И чем же я могу вам помочь?..
– Э… Меня наверняка пасут. Здесь не поговорить, а в клуб в таком виде не пустят… – он кивнул на свои штаны.
И тут я почувствовал, как меня, наконец, сняли с грядки. Хотя тихий голос, где-то там, внутри, говорил: «Смотри, он же опасен!» Но другой, громкий и нахальный, голос времен детективного агентства «Лом», вопил: «Санек, жизнь продолжается!..»
– Если верить тому, что мне о вас говорили, то попасть во двор клуба для вас – не проблема.
Тип криво ухмыльнулся.
– Там лестница в подвал, спускайтесь… Я через кухню пройду… Что-нибудь придумаем на месте…
Надо сказать, что поваром в этом заведении работал Виталькин друг. А потому мне дозволялось заходить к нему на кухню. Я даже разжился ключом от подсобки, где стояли шкафчики для одежды, а еще был душ. В клубе ведь иногда возникает необходимость где-то уединиться…
Спецназовец-наемник уже ждал меня в подвале, настороженно поглядывая вокруг.
– Идем… – я показал ему ключ. – Там можно спокойно поговорить…
Увидев душ, тип несколько оживился:
– Я уже дней пять не мылся. Сами понимаете – в бегах…
– Да, пожалуйста… Полотенца здесь есть. А я пока одеждой разживусь…
Зеленая заграничная купюра помогла получить у мальчиков-стриптизеров ключ от комнаты костюмерши. Вторая такая бумажка помогла им навсегда забыть о факте несанкционированного доступа…
Я вновь вернулся в подсобку. Тихий голос по дороге опять ожил: «А как он тебя грохнет?..» «Да за что?» – вопил другой. – «Я же ему ничего не сделал!..»
В подсобке было тихо.
– Это я, – на всякий случай сказал я.
Вдруг ниоткуда материализовался мой наемник. С куском трубы в руках. И в одном полотенце…
«А фигура ничего…» – сразу отметил я.
Он смотрел настороженно. Я показал ему ключ.
– Идемте… Там полно одежды, правда, с учетом местной специфики.
Он выглянул в коридор, который практически всегда был пустым. Потом почти мгновенно проскользнул в кладовку.
– Да… – его красноречивая оценка увиденного.
– Ну что, одеваемся?..
Он кивнул.
Надо сказать, тип безо всяких колебаний в момент подобрал себе джинсы в облипочку, приталенную рубаху с монограммой на спине. В силу специфики заведения здесь было полно стрингов всех вообразимых и не очень фасонов и цветов. Имелись и новые носки на все вкусы. Он остановился на красных сетчатых, чисто символических трусиках. И, наконец, все это на себя одел.
– Ну, это же не форма… – поморщился я, расстегивая на его рубахе пуговицы сверху и пару снизу. Еще завернул манжеты и поднял воротник.
Он криво ухмыльнулся. Проверяет мои таланты стилиста?..
На шею мы повесили модные нынче бусы.
– Займемся лицом?..
Он кивнул.
Не знаю уж, для чего это было нужно в костюмерной, но здесь стоял гримерный стол. Так что далеко идти не пришлось… Отведя мою руку, тип с молниеносной быстротой оттенил волосы, усилил глаза, подчеркнул скулы…
Через несколько минут опасный, как мне говорили, наемник, с «руками по локоть в крови» (ну, руки-то у него были очень даже чистые после душа, сам проверял!), исчез. Перед зеркалом стоял вполне даже соблазнительный клубный мальчик.
Он снова криво ухмыльнулся. Видимо, это означало одобрение.
– Кстати, как меня зовут, вы знаете…
– И не только это…
– А вас как зовут?
Он почему-то напрягся, потом выдал зажатым голосом:
– Тимофей…
– Очень приятно…
Он посмотрел исподлобья:
– И все?..
– А что?
– Обычно все начинают спрашивать – где я имечко такое раздобыл…
– Имя – как имя, редкое, конечно, но вполне нормальное. Не Даздраперма же…
– ?..
– А, это имя такое было в первые годы советской власти. Означало – да здравствует первое мая…
Он немного расслабился.
– Можете звать меня просто Тим…
– Перейдем на ты? – проявил я инициативу.
Он кивнул, и мы поднялись в зал. Уселись за стол. На нас активно поглядывали. Ну, насчет «нас» я, конечно, загнул. Смотрели, естественно, на Тима. Он был неотразим.
– Есть хочешь? – спросил я.
Опять кивок.
