Сталин снова ругнулся по-грузински, а я завершил:
– Однако Александр Сергеевич нам сейчас нужен. Чтобы на первых порах не тыкаться, как слепым кутятам. Мы ведь с тобой такими большими городами никогда не управляли и всех нюансов не знаем. Так что для начала, надо хотя бы посмотреть, как там все работает изнутри. А то шашкой махнем «разрушив все до основания» а потом за неделю дерьмом зарастем.
Грузин пренебрежительно прищурился:
– Ти думаешь, что ми не разбэремся в работе коммунального хозяйства? Или считаешь, что голова города сам руководыт каждым золотаром или водовозом?
– Не в этом дело. Просто предлагаю замещать администрацию постепенно. Дней десять-пятнадцать находясь рядом, просто смотреть как все работает. Ну а потом самим постепенно начинать рулить. При этом не разгонять всех управленцев, а наиболее толковых оставить на своих местах.
Собеседник пожал плечами:
– Вообще-то ми так всэгда и дэлали… Толко вот не пойму – зачэм тянуть? Зачэм тры нэдэли ждать?
Я почесал затылок собираясь с мыслями:
– Понимаешь… В Киеве сейчас идет смута. И она будет развиваться по нарастающей. Петлюра Скоропадского вот-вот сковырнет, а затем его «гарны хлопцы» начнут резвиться. Кроваво резвиться. И евреям тут не позавидуешь. Да и москалям солоно придется. А Одесса, как не крути, город-то русско-еврейский…
Насколько я успел узнать Сталина, он всегда отличался быстрой соображалкой. И теперь, слушая меня, собеседник задумчиво пощипывал ус, а потом перебил:
– То ест сычас нас бэзусловно поддерживает бэднота и пролэториат города. А ти хочешь дождаться, когда сюда дойдут слухи о бесчинствах пэтлюровцев и всо населэние станэт просит у нас защиты. Совэршэнно всо… Угу… угу… И чэм ужаснээ будут слухи тэм скорее они начнут просто трэбоват, чтобы мы установыли Совэтскую власть. Хотя бы как гарантыю того, что их нэ бросят одын на одын с украинскими националыстами. Но пры этом ми сами нэ должны ранше времени пугат буржуазный элемент… – после чего упершись в меня взглядом спросил – Сам как думаэшь, когда это произойдет?
– Я же сказал – недели через три. Максимум четыре. А за это время мы и «французов» распропагандируем и на здешние настроения активно повлияем. То есть станем реально значимой силой. И хоть не люблю пафос, но скажу так – тогда вся губерния нам в руки упадет как перезрелый плод. А от того, что центральной Киевской власти просто уже не будет, то упадет без всяких захватов, и при полном одобрении практически всех слоев населения. Главное только самим не накосячить.
Виссарионыч вопросительно поднял бровь:
– В смысле?
Я обозлился:
– В прямом! Вон твой «товарищ Петр» уже успел вякнуть против того, что мы стали доплачивать Санникову и его команде. Да доплачиваем! Зато со стороны администрации сейчас никаких препятствий нет. Навстречу идут во всем. Плюс, они со своей стороны утихомиривают имеющиеся в городе горячие головы. И нам это вообще ничего не стоило, потому что царских денег у меня выше крыши. Тех самых «катенек», которыми вскоре только сортиры можно будет обклеивать! А этот радикал вдруг занозился! В падлу ему, видишь ли, с «господами» дела иметь. Решил пойти порочным путем не дострелянной Розы. Там, мля, петлюровцев уже больше трехсот тысяч по степям бегает, а он тут пальцы гнет. «Соглашателем» быть не желает. Так Петя, я тебе прямо скажу – поломаешь игру, сам тебя шлепну. Без всяких трибуналов!
Впечатленный цифрами Сталин, моментально заткнул пытающегося чего-то сказать Петра, удивленно переспросив:
– Трыста тысяч*? Еще нэдэлю назад говорилы о ста восьмыдэсяти. У вас точные данные? *Реально было около четырехсот тысяч
Хм… интересно, чего он так удивляется? Немцам нужно было продовольствие. Поэтому, для облегчения задачи, они вернули земли помещикам и активно помогали выжимать из крестьян все соки. Включая порку шомполами, расстрелы и даже обстрелы восставших деревень орудиями. О самых разных реквизициях можно даже не говорить. И если в восточной, близкой к фронту части фрицы могли даже платить живыми деньгами за продукты, то в западной и центральной, давали расписки типа – «Выдать русской свинье за купленную у нее свинью двадцать пять марок»*.
*Текст реальной расписки
А так как власть гетмана держалась на немецких штыках, то уход германцев и новое появление Петлюры (ратующего именно за деревенских), для крестьян была словно манна небесная. Вот и перли к нему сотнями да тысячами. Особенно с западной окраины.
Поэтому я лишь кивнул:
– Относительно. Мои бригадные разведчики, считай, до Киева дошли. Ну а «языки» давали именно такое количество петлюровцев. Так же разведка выяснила, что им может противопоставить УНР. В столице республики на военном учете состоит около двадцати тысяч офицеров. Только вот власти вооружить их все равно не сумели, так как на складах оказалось не более шести тысяч стволов.
Виссарионыч удивился:
– Обожды… эти данные тоже развэдка вияснила? Они что – самого Скоропадского захватылы? Или его гэнэрала?
Пожав плечами, ответил:
