— И не заметите. Организаторы турнира побеспокоились на этот счет. Они установили газовые приборы, отпугивающие насекомых. Так что если вы почувствуете запах пропана, не спешите проверять оборудование кухни.
— По-моему, Противоминный центр впервые позаботился о комфортной работе саперов. До этого его руководство всегда старалось создать условия, максимально приближенные к боевым.
Хукес развел руками.
— Это дело руководства. Думаю, оно пошло на послабление лишь потому, что в естественных условиях наши саперные группы не смогли бы пробыть в поле и нескольких минут.
— Возможно.
— Надеюсь, мы подружимся, полковник.
— И это возможно. Иногда нам приходится работать с коллегами из других стран.
— Не смею больше задерживать вас, полковник.
— Давай просто Леонид и на «ты».
— Тогда я для тебя Вильям.
— Договорились.
— Не прощаюсь, в столовой встретимся. — Британец ушел.
Серданов отправился в модуль. Он нашел свой служебно-жилой отсек, огляделся, включил кондиционер, выставил его на двадцать два градуса, открыл чемодан, взял нижнее белье, полотенце и пошел в душ.
Освежившись и переодевшись, он вышел на площадку перед модулем. Там уже собрались члены группы. Помощник доложил, что собаки погуляли, накормлены, осмотр ветеринара не выявил у них каких-либо заболеваний. Машины на стоянке, поставлены на сигнализацию.
Серданов посмотрел на часы и отдал команду следовать на припозднившийся завтрак.
Утром в воскресенье повар мыл посуду, из которой ели собаки. Ветеринарный фельдшер закончил укладку медикаментов и инструментов в специальном санитарном отсеке, вышел на улицу.
К нему подошел темноволосый молодой мужчина.
— Доброе утро — поздоровался он по-английски.
— Доброе, — ответил Чуйко и спросил: — Чем обязаны?..
— Я Байрос Докруш, секретарь комиссара Канте. Не подскажете, полковник Серданов у себя?
— Да, а что?
— С ним хочет поговорить комиссар. Он просит господина полковника прийти к нему в служебный модуль.
— Понятно. Я передам полковнику пожелание сеньора Канте.
— Извините, но я должен сопроводить руководителя российской команды.
— Вы считаете, что здесь можно заблудиться?
— Поймите, это не моя прихоть.
— Ждите! — Старший лейтенант прошел в модуль.
Вскоре появился полковник Серданов, взглянул на молодого человека:
— Сеньор Докруш?..
— Точно так, господин полковник. Комиссар…
Серданов прервал секретаря:
— Я в курсе. — Полковник направился к служебному модулю.
По дороге он встретил начальника британской команды.
Тот козырнул:
— Приветствую, полковник!
— Доброе утро. Тоже был у комиссара?
— Заняться ему нечем, вот и дергает людей.
— Зачем вызывал?
— Вызывал? — Хукес усмехнулся. — На это у него полномочий не хватает. Просил зайти. Как я понимаю, тебя тоже.
— Да, так зачем?
— Вот сейчас и узнаешь. Возможно, с тобой у него будет иная тема разговора, нежели со мной.
— Ясно. Хорошего выходного.
— Взаимно!
Все время переговоров старших офицеров секретарь с отрешенным видом стоял немного поодаль. Он продолжил движение одновременно с Сердановым, вместе с ним вошел в модуль, в коридоре обогнал полковника, открыл дверь приемной и сказал:
— Заходите, пожалуйста, и подождите немного.
Серданов покачал головой.
Докруш зашел в кабинет, доложил шефу о прибытии российского полковника, тут же вернулся в приемную, оставив дверь открытой.
— Прошу, господин полковник, сеньор Канте ждет вас.
Серданов усмехнулся и прошел в служебное помещение комиссара ООН.
Канте шагнул ему навстречу.
— Здравствуйте, господин полковник, извините, что прибег к услугам секретаря и попросил вас прийти сюда. Я сам дойти до вашего модуля не могу, ожидаю связи с Нью-Йорком.
Серданов присел на стул, приставленный к рабочему столу комиссара.
— Слушаю вас, сеньор Канте.
— Позвольте вопрос.
— Ради бога.
— Как происходит акклиматизация?
— Нормально. Самый тяжелый день будет завтра.
— Да, третий день всегда самый трудный. Но вы люди подготовленные, военные, не то что мы.
— Вы просили меня зайти, чтобы спросить о самочувствии моей команды?
— Не только. Хотя и это входит в круг моих обязанностей. В состязании могут участвовать только совершенно здоровые люди, а в вашем случае еще и минно-розыскные собаки.
— О себе и собаках мы как-нибудь сами позаботимся. Или вы собираетесь устроить нам проверку на допинг? Сейчас очень модно снимать с соревнований российские команды перед самым стартом. По бездоказательному докладу какого-нибудь чиновника, купленного нашими соперниками.
— Не надо так, господин Серданов. Все необходимые проверки вы уже прошли, допуск к финалу оформлен с соблюдением всех норм. Да, американцы пытались надавить на руководство Противоминного центра, но у них ничего не получилось. Российская команда допущена до финала, значит, будет участвовать в нем.
— Тогда зачем вы позвали меня?
— Сегодня выходной. Соревнования начнутся послезавтра и продлятся три дня. Завтра пик акклиматизации.
— Я не понимаю, к чему вы клоните.
— Мной принято решение разрешить командам выезд в Парамарибо. Кто знает, удастся ли вам еще когда-нибудь побывать в этой экзотической стране.
— В Парамарибо есть что посмотреть?
Канте пожал плечами.
