— Раз так, значит, я что-то должен сделать для вас?
— Да.
— Что конкретно?
— Послушайте!
— Весь во внимании.
Полковник Хукес подробно, при этом по-военному лаконично обрисовал обстановку, сложившуюся на полигоне Санкери.
— Таким образом, господин Винтес, прибытие резервной команды сломает нам всю игру, в которую вложено много сил и средств. Самолет уже несколько часов в полете, — заявил он.
— Что вы ждете от меня, господин Хукес?
Полковник достал из кармана чековую книжку, заполнил листок, оторвал его, положил перед Винтесом и проговорил:
— Сейчас чековые книжки выходят из оборота, но они надежнее банковских пластиковых карт. Я выписал вам чек на двести тысяч долларов в банке Парамарибо. Вы сможете снять эти деньги уже завтра.
— Двести тысяч долларов — это большая сумма. Но вы так и не сказали, за что готовы заплатить ее, что ждете от меня.
— Одного, Винтес. Русский Ил-76 не должен приземлиться ни в одном аэропорту Суринама.
— Вы представляете, что запросили?
— Да, отлично представляю. Вы начальник отдела безопасности агентства воздушных сообщений этой страны. У вас есть возможность не допустить посадки одного самолета, совершающего чартерный рейс.
Винтес погладил волосы, которые топорщились в разные стороны, и пробурчал:
— Да, задали вы задачку, господин полковник.
— Но ведь она решаема, не так ли?
— Прикрыть аэропорт Йохан Адольф Пенгель не составит труда, но русский Ил-76 может сесть в Зорг Эн Хооп. Этому самолету требуется всего километровая полоса. В Зорге она как раз таких размеров. Другие аэропорты смогут принять Ил-76 только в экстренном режиме. Они обслуживают местные линии. В принципе, вопрос решаем, но для этого нужны еще деньги, и чем быстрее, тем лучше.
— Сколько?
— Половина суммы, указанной в чековой книжке. Причем наличными, господин Хукес.
Полковник достал из кейса сверток, положил его перед Винтесом.
— Держите, здесь ровно сто тысяч.
— Почему же тогда вы выписали мне чек, который я смогу обналичить только завтра?
— Потому, что наличка нужна для работы, а чек является вознаграждением. Оно выплачивается после выполнения задания.
— А если я?..
Полковник перебил суринамца:
— А если вы не сделаете свое дело, то деньги мы вернем, а вот вам не позавидует никто. Не забывайте, мы не прощаем ошибок.
— Это угроза?
— Нет, констатация факта.
Тут голос подал Давен:
— Ты, Эдгар, меньше разглагольствуй, больше работай.
— Мне нужна закрытая, защищенная связь.
Давен достал телефон из сейфа, стоявшего сбоку на резном деревянном столике.
— Держи. Такими аппаратами пользуются члены правительства. Их нельзя ни прослушать, ни запеленговать.
— Хорошо. — Винтес взял телефон, набрал номер. — Юрген, это Эдгар!
Хукес показал пальцем на аппарат и на свое ухо.
Винтес понял значение этого жеста и включил громкую связь.
— Добрый день, Эдгар. Что-то давно мы с тобой не общались.
— Я постоянно занят, Юрген. У меня и сейчас дело к тебе.
— Говори. Ты же знаешь, я всегда к твоим услугам, если, конечно, смогу быть полезным.
— Мне известно, что вы ожидаете борт из Москвы.
— Да, и непростой. Пассажиры и груз этого самолета не подлежат проверке и досмотру.
— Я в курсе. Кто у тебя сегодня дежурит старшим диспетчером?
— Мигель Гонтес.
— Мы знакомы?
— Ты должен знать его, он давно работает в аэропорту. А что за дело, Эдгар?
— Ты по обычному телефону говоришь?
— Да, по своему сотовому. Кстати, странный вопрос, ты же сам набрал мой мобильный номер. Вот только твой не определяется.
— Так и должно быть. Ты сейчас где?
— У себя, на работе.
— Найдешь безопасное место, где мы сможем обсудить один важный и денежный вопрос?
— Ты заинтриговал меня. Конечно, найду.
— А сможешь привлечь к разговору Гонтеса?
— Да, сейчас он не занят. До девятнадцати часов рейсов нет.
— Я еду к тебе.
— Хорошо. Жду.
Винтес отключил телефон и заявил:
— Вы все слышали, господа. Я должен уехать.
— Поезжайте, Эдгар, — распорядился Хукес. — Но сначала скажите, сколько времени потребуется вам на решение вопроса.
— Думаю, немного. От силы часа два. Это с дорогой в аэропорт.
Полковник посмотрел на часы:
— Значит, где-то в семь часов вечера мы будем знать, что русский Ил-76 не приземлится в аэропорту Йохан Адольфа Пенгеля?
— Надеюсь, что он не сядет и в других аэропортах Суринама.
— Слово «надеюсь» меня не устраивает.
— Господин полковник, я сделаю все возможное.
— Вы должны сделать так, чтобы российский Ил-76 не приземлился в Суринаме. Другого решения быть не может.
— Да, господин полковник!
— Поезжайте. Я буду ждать вашего звонка здесь.
— Может, мне вернуться для доклада? Так безопасней. У нас далеко не самая лучшая в мире служба безопасности, но все же она что-то делает.
— Вы позвоните и скажете, что вопрос решен. Подробности изложите по возвращении сюда.
— Понял. Этот телефон я беру с собой.
Хозяин дома кивнул:
— Хорошо. Не подведи нас, Эдгар.
— Если и подведу, то в первую очередь себя. Подыхать с пулей в голове мне почему-то не хочется. До связи, господа. — Винтес ушел.
— Он решит вопрос? — спросил Хукес.
— Решит, — ответил Давен.
— Почему ты уверен в этом?
— Потому, что для Винтеса ничего сложного тут нет.
