На столе стояли две достаточно большие статуэтки, изготовленные из Келемита. Одна изображала Мару ант Хил, основоположника направления теоретической магии. Человек, что когда-то на заре становления Империи решила структурировать все данные по заклинаниям и описать это в одном труде. Она придумала множество методов, которые позволили будущим поколениям облегчить создание новых заклинаний и изменение старых. Это была легенда среди магов и магов-теоретиков. Изображение я взял с картин в галерее недалеко от Красного Замка. И мастер точно воспроизвёл старую женщину в одеяниях учёного с посохом и спущенным капюшоном с головы.
Вторая статуэтка изображала Энти инт Ашер, основательницу рода Ашер и пра-пра-пра и много ещё «пра» бабушку Кристы. Она, кстати, была боевым магом в прошлом. И изображение я взял из архива куда меня проводила тётка Агла. Женщина в отличие от первой статуэтки, была изображена в молодом возрасте. Нетрудно было заметить некоторые сходства лиц Кристы и её предка.
— Тош, это же келемит. — Эви расширила глаза, смотрела ошарашено, прикоснулась к своей статуэтке. — Это же целое состояние…Я не могу…Я не смогу…
Я, кажется, понял о чём она, поэтому просто сказал, улыбнувшись:
— Это твоя вещь, ты можешь делать с ней что хочешь, не мог же я просто подарить тебе слиток?!
— Тош, я теперь смогу осуществить мечту, да что же ты делаешь, Тош! — она подбежала и поцеловала меня в щёку.
Девушка была так счастлива что открылась мне, и огорошила целым ворохом чувств. Восторг, влюблённость, благодарность, восхищение.
— Ты издеваешься? — Криста наоборот надулась. — Ты правда думаешь, что я тебе помогала не просто так?!
— Крис, я не хотел тебя обидеть, это подарок от всего сердца, не более! — попытался оправдаться я. — Вы очень мне помогли, я бы без вас не смог подготовиться, да даже в фехтовании ты мне помогала!
Тут в дверь постучались и спросили знакомым голосом:
— Гостей принимаете?
— Все мы здесь гости! — невольно улыбаясь, ответил я.
В комнату зашли Альви и Кира, тут же подбежали и поцеловали меня в щёки, кивнули девушкам в знак приветствия. В этот раз на них была чёрная форма и знаки различия офицеров — маленькие серебряные треугольники. На головах треуголки, сапоги они, как и все мы сбросили у входа.
— Я пойду, Тош! — нетерпеливо сказала Эви.
Я кивнул и удостоился ещё одного поцелуя в щёку, девушка тут же сбежала. Криста ушла за ней, ничего не сказав и кажется очень злясь. Оставшись наедине с двумя своими подругами, я улыбнулся и тут же получил два поцелуя в губы — от одной и второй.
Мы немного пообщались, выпили чаю. Оказалось, что они не учувствовали в боевых действиях, а просто координировали доставку оружия, техники и бойцов к стене. Сказали, что восстановление уже началось, и больше опасность не грозит никому.
— Куда это она? — спросил я удивлённо.
Альви вдруг встала и выбежала из комнаты. Лира придвинулась, поцеловала меня своими зелёными губами, прижалась.
— Эй, ещё же только начало вечера. — улыбнулся я.
— Всё верно. — сказала Альви, вернувшись, она похоже ходила закрывать дверь. — Завтра у тебя экзамены, поэтому ночью нужно спать, а пока…
Они обе начали меня раздевать.
***
Когда девушки ушли, я открыл окно и долго смотрел на один из больших проспектов столицы. Кажется он так и назывался — «центральный проспект». Спать совершенно не хотелось, тем более что девушки мучали меня по несколько раз и каждый раз всё заканчивалось одинаково. У них светились глаза, и они стонали так громко что в итоге нам уже стали стучать по потолку и что-то кричать.
Я вздохнул, и улыбнувшись уже собирался принять местный
— Привет… — на пороге стояла раскрасневшаяся Эви.
— Ты… — начал я.
Не успел ничего сказать — девушка порывисто оказалась рядом и поцеловала. Целоваться Эви умела, ох как умела. Выглядела она, конечно, целомудренной, но возможно это у неё в крови — всякое бывает.
Мы быстро переместились к кровати, и я не выдержал — сорвал с неё платье. На ней оказалось красивое бельё, которое тут же улетело в тот же угол куда и остальные обрывки одежды. Остались только белые чулки, и сама девушка. Небольшая полнота ей очень шла, а эта грудь, эти бёдра — я просто пропал
— А-а-а Тош! — она застонала, кажется, даже громче моих предыдущих подруг.
Я понял, что снова, совершенно не желая этого, перехожу в свою вторую форму и выплёскиваю кучу энергии. Девушка затряслась, глаза засветились золотым словно у гномки, предметы в комнате поднялись в воздух. Даже кровать на которой мы были взлетела.
— К-к-как же это хорошо, Тошечка, милый…
Она поцеловала меня в грудь, шею, щёку. Потом пошла вниз и опустилась к животу, ещё ниже. Я думал, что уже не смогу, но похоже ошибался…
Встречал рассвет я на широком подоконнике, довольный как отлично погулявший по весне свинокот. Мне было хорошо — впервые в двух своих жизнях я чувствовал себя просто отлично и знал что буду делать дальше.
