— Это зависит от того, кто страдает навязчивостью, — словно случайно добавил доктор. — Весь вопрос в том, считаете ли вы свое поведение иррациональным.
Реплика Маккоя могла быть воспринята и как вопрос, но я догадалась, что это, скорее, констатация факта. Оторвавшись от своих мыслей, я посмотрела на доктора.
— Вызов обстоятельствам — признак рациональности в поведении, произнесла я довольно авторитетно.
Теперь у Маккоя поползла вверх и другая бровь.
— Это что-то новое, — пробормотал он. Посмотрев на меня в упор, доктор спросил:
— Вы уверены в том, что действительно намерены взломать программу, заложенную в компьютер капитаном?
Я вернулась к своим схемам, не желая обдумывать ответ.
— Да, конечно.
— Через двадцать восемь часов мы достигнем планеты Аргелиус, отчетливо произнес он. — Возможно, там вы получите ответ на все свои вопросы.
— А, возможно, и не получу. — Мне не хотелось выглядеть капризной. Сэр, вы хорошо знаете капитана Кирка. Наверняка, он не допустил бы подобного на моем месте. Я думаю, что он сейчас ожидает от меня таких же действий.
Маккой разгладил рукой волосы.
— Боюсь, что вы можете разорваться на куски, если будете постоянно сравнивать себя с Кирком.
От этих слов я почувствовала, как руки со следами множества точечных электрических ожогов покрылись испариной. Я выбралась из-под панели, поняв, что обманываю сама себя, пытаясь войти в систему посредством этих немудреных штуковин. Утомленная безрезультатной работой, я прислонилась спиной к переборке и ответила:
— Я сравниваю себя с ним только ради себя самой.
Маккой обиженно надул губы и замолчал. Я по достоинству оценила его проницательность, глубокий аналитический ум в сочетании с многолетним опытом работы и знанием психологии людей, подвергающихся длительным космическим перелетам. Наверное, беседа с ним должна была стать очень полезной для меня, неоценимым подспорьем в борьбе с эмоциональными конфликтами. Может быть, следовало попросить у него совета… Возможно, но у меня не было времени.
— Сэр, вы хорошо знаете командира Спока. Как, по-вашему, он мог бы обеспечить защиту систем корабля от доступа любых других членов экипажа, кроме себя самого?
Маккой беспомощно поднял руки.
— И вы спрашиваете об этом меня? Я плохо понимаю, как он играет с компьютером в шахматы! Конечно, для этого Спок воспользовался бы законами логики. Шаг за шагом он отвергал бы все менее надежные способы защиты.
Вероятно, он заставил бы активно участвовать в этой системе сам компьютер.
Это своего рода двойная защита.
— Но ведь где-то должна быть оставлена лазейка, разрешающая доступ в систему, — настаивала я. — Какой-нибудь нестандартный прием.
Он на мгновение задумался, затем поднял вверх палец.
— О да. Это похоже на бесчисленное количество выстрелов в несчетное число обезьян.
— В конце концов можно будет убить самого Шекспира, — несколько натянуто улыбнулась я.
— Но вы нерационально расходуете ваши ресурсы, Пайпер, — продолжал доктор. — На борту этого корабля наверняка нет технического эксперта такого класса, как Спок, который смог бы разгадать его компьютерную загадку. Как я вижу, вы уже использовали почти все способы внедрения в систему. Ваши возможности исчерпаны.
Мы сидели на полу, прислонившись к противоположным переборкам, и присутствие технически неподготовленного Маккоя, его живое участие в моих проблемах, в итоге, привело к свежей идее. Я ощутила ту ясность, доступность достижения поставленной цели, которая до этого упорно ускользала от меня, несмотря на все мои старания. Спасение через простое и понятное решение.
— Все возможности, — повторила я его слова и вздохнула. Наверное, это был вздох человека, решившего сдаться.
Он также глубоко задумался, но теперь, услышав меня, спросил:
— Что?… О да. По крайней мере, мне так кажется.
Я посмотрела на вынутые электронные платы. Похоже, и они смеялись надо мной.
Появился Скеннер, скорее, даже заглянул через узкий проход. На его лице было выражение замученного жизнью щенка.
— Можно пройти?
Я взглянула на него и ответила:
— Да, конечно.
Он опустился на корточки рядом с Маккоем, вздохнул и опустил голову.
Механик старался без крайней надобности не смотреть в мою сторону.
— Я подумал, что еще можно попытаться поменять местами контакты, соединяющие спиральные цепи с компьютером, но решил заручиться вашим согласием перед тем, как, возможно, взорву наш корабль.
Я посмотрела на него с интересом. До меня дошло, на что способен Скеннер, чтобы доставить мне удовольствие. Его глаза смотрели абсолютно серьезно, и это было еще хуже. По моей спине пробежала дрожь. Вмешаться в спиральные цепи — это уж слишком.
— Садитесь, Скеннер, — ответила я. — Можете сделать перерыв. Хотите верьте, хотите нет, но довести вас до изнеможения не входит в мои задачи.
Он прислонился к переборке и вяло махнул рукой.
— Ничего, все в порядке. Это просто шутка.
Маккой переменил положение своих ног, лежавших на прохладном металлическом полу, и произнес:
— Думаю, что всем нам нужен отдых, — затем он обратился ко мне: Полагаю, что мы все-таки решили добраться до Аргелиуса.
