- И, - я поперхнулся. – Это все? – нет, я, конечно, понимаю, что из детского сада я выпустился давно, да и школу закончить успел, но чего-то мне до сих пор не понять: с чего такие наезды? Посмотрел я видите ли на него не так. И из-за этого он ходит на ножах, позволяя себе вот так со мной общаться?
Кажется, весь круг моего общения разом съехал с петель.
- Кто это был?
- Мой одногруппник. Как я думал, до определенного момента, он был моим другом. В тот вечер он просто застал картину, которую не должен был видеть. А я, - я слегка напрягся. – Вообще не понимаю, чего тебе с этого. Ну, ушел я, ваше веселье чем-то стало хуже? К тому же я видел Иззи, направляющегося к вам, чем не замена одного человека на другого?
- Иззи? – удивленно посмотрел на меня Джек, но проведя параллели с моим бывшим преподавателем по химии, не стал продолжать эту тему. – Тогда, может, объяснишь, почему после его визита ты пропал? Если друг оказался не таким другом, то почему не вернулся сразу?
Разговор стал совершенно глупым, я понимал, что попросту трачу свое время. Лед в бокале начал заметными темпами таять.
- Я пришел, - заверяю его я. – Сразу, как убедился в этом! – надеюсь, мой тон и выражение лица, с которым я смотрел ему в глаза, не заставили парня поддаться сомнению. – Впредь, больше не заводи столь скучные и глупые темы, иначе развлекаться здесь станет совсем не в радость.
***
Чувствую на руке давящую повязку. Сегодня именно ей мы заменили жгут, который Ли забыла дома в одной из своих сумочек. Чувствую, как кровь приливает к лицу. И в без того душном помещении становится адово жарко. Хочется снять с себя одежду, но я ограничиваюсь лишь парой расстегнутых пуговиц на рубашке.
Допиваю последний глоток уже из третьего стакана с коктейлем и откидываю голову на спинку дивана.
- Давай сама, не хочу это видеть, - тихо говорю Ли, что прислонившись ко мне, втягивает из ампулы жидкость в шприц.
- Ты еще скажи, что не хочешь в этом участвовать, - весело отзывается Тис, что на удивление за последние часы даже не пытался позаигрывать со мной, а тем более съязвить.
- Как скажешь, - успокаивает Ли, пробегаясь ладонью по моему вспотевшему лбу, смахнув пару капель, она заглаживает опавшие волосы с лица на затылок, заставляя черную краску переливаться от цветомузыки. – Больно не будет, - шепчет она, а я чувствую, как сгиб локтя смазывают прохладной жидкостью: запах водки тут же режет своей резкостью обоняние.
Тонкая игла прокалывает кожу, с первого раза девушка попадает прямо в вену, заставляя меня облегченно выдохнуть. Чувствую, как жидкость взбрызгивается внутрь, смешиваясь с кровью, разносится по всему телу, медленно, словно мед, растекаясь по телу, как по дереву.
- Вот и все, - улыбается девушка, нависая надо мной и, демонстрируя пустой шприц, возвращается на свое место, не забывая стянуть с руки повязку.
Никаких изменений в организме не происходит, кажется, что я просто побывал в госпитале на сдаче крови из вены. Голову лишь немного встряхивает легким головокружением, что проходит так быстро, что не остается и следа пребывания этого чувства.
- Ну, выпьем же за нас, - восклицает Джек: он самый первый из нас принял содержимое ампулы, так и не рассказав мне о том, что все же в ней намешано.
Перед носом появляется стопка с мутно-коричневой жидкостью, киваю, благодаря таким образом человека, который передал мне ее. Тянусь к середине стола, чтобы там со звоном встретится с рюмками ребят.
- Подожди немного, - улыбается Тис. – Скоро накроет, - почти не слышу его слов, но понимаю с точностью до интонации и смысла, вложенного в текст, что совсем скоро мир вокруг меня засияет под другим углом цветового спектра.
***
Визг. Оглушительный визг толпы фанатов, что скопились под самым краем сцены. Разорванная одежда, мокрая ткань, облепившая каждую клеточку разгоряченного потного тела. Крики, довольные возгласы и просьбы «еще». Стою в самом центре этой толпы, наблюдая из самого зала за игрой любимой группы. Длинные волосы бас гитариста закручиваются вихрем, когда перебор за перебором он отдается игре. Вокалист, что вцепившись в микрофон на высокой стойке, наклоняет его, падая на одну ногу, запрокидывает голову, буквально крича своим превосходным голосом припев песни. На заднем фоне изо всех сил с гримасой наслаждения лупит по тарелкам и барабанам ударник, не забывая во время отпустить педаль на хай хетте, чтобы звук бродил по залу, как можно дольше.
Толпа взрывается единым голосом, допевая вместе с вокалистом припев, заслушанной до дыр песни. Она вечна. Она превосходна, это то, что сносит крышу, это то, что никогда и ни при каких условиях не забыть.
Жар, заставляет все тело медленно плавиться, каждый орган лишен своих ощущений, превращаясь в агонию, в месиво, которые сливаясь в единое целое, создают систему, что отвечает за жизнь человека, за мою жизнь.
Толпа во всю слэмится, заезжая локтями друг другу то под ребра, то в район живота. Но сейчас нет места обидам, врываясь в это зону, каждый знал, на что он идет.
