Бог-Император Дюны полностью

– Чувствовала, – ответила Сиона. – Но зачем вы спросили, как далеко мы отошли от башни?

– Сойди с меня и стань так, чтобы я видел тебя.

– Зачем?

Хорошо, подумал он. Она думает, что я брошу ее здесь и умчусь с такой скоростью, что она не сможет меня догнать.

– Сойди, и я все тебе объясню, – сказал он.

Она соскользнула с его спины, обошла и приблизилась к его лицу.

– Время движется быстро, когда чувства полны, – сказал он. – Мы двигались больше четырех часов и прошли шестьдесят километров.

– Почему это так важно?

– Монео положил в карман накидки сухой паек, – сказал он. – Поешь немного, и я все тебе расскажу.

Сиона нашла в кармане кубик сухого протомора и, глядя на Лето, начала жевать его. Кубик был аутентичен старинному фрименскому. В него было даже добавлено немного меланжи.

– Ты почувствовала свое прошлое, – сказал он. – Теперь ты должна приобрести чувствительность к будущему, к Золотому Пути.

Она проглотила кусок.

– Я не верю в ваш Золотой Путь.

– Если тебе суждено выжить, ты в него поверишь.

– В этом и заключается ваше испытание? Верь в путь Великого Бога Лето или умри?

– Тебе не надо верить в меня во что бы то ни стало. Тебе надо поверить в себя.

– Но тогда зачем мне знать, насколько далеко мы ушли?

– Чтобы понимать, сколько тебе придется идти.

Она коснулась рукой щеки.

– Я не…

– Ты сейчас стоишь непосредственно в центре бесконечности. Оглянись и пойми, что такое бесконечность, в чем ее сокровенный смысл.

Она посмотрела вправо и влево. Вокруг была Пустыня в своей нетронутой величавости.

– Мы пойдем из нашей Пустыни вместе, – сказал он. – Ты и я.

– Вы не пойдете, – зло огрызнулась она.

– Это фигуральное выражение. Но ты пойдешь. В этом я тебя уверяю.

Она посмотрела в направлении, откуда они пришли.

– Вот почему вы спрашивали о следах.

– Если бы даже они сохранились, ты не смогла бы дойти обратно. В Малой Цитадели нет ничего, что помогло бы тебе выжить.

– Даже воды?

– Ничего.

Она отстегнула трубку, отсосала оттуда немного воды и пристегнула трубку на место. Он заметил, с какой тщательностью она запечатала конец трубки, хотя не застегнула клапан рта, но Лето слышал, что отец предупреждал ее об этом. Сиона хотела оставить рот свободным для разговора.

– Вы говорите, что я не смогу бежать от вас, – сказала она.

– Беги, если хочешь.

Она обошла Лето кругом, осматривая пустынную окрестность.

– Есть поговорка об открытой Пустыне, – сказал он. – «Одно направление ничуть не лучше другого». В какой-то степени это верно и сейчас, но для меня это не имеет значения.

– Значит, я не вполне свободна покинуть вас, если захочу?

– Свобода – это довольно одинокое состояние, – заметил Лето.

Она указала на крутой склон дюны, на которой они остановились.

– Но я могу спуститься и…

– Будь я на твоем месте, Сиона, я не стал бы спускаться здесь.

Она посмотрела на него горящим взглядом.

– Почему?

– Если ты не пройдешь по естественным ложбинкам, то песок обрушится и погребет тебя.

Раздумывая над его словами, она задумчиво посмотрела вниз.

– Видишь, какими красивыми могут быть слова? – спросил он.

Она посмотрела ему в лицо.

– Нам надо идти?

– С сего дня ты научишься ценить отдых. И вежливость. Нам некуда спешить.

– Но у нас нет воды, кроме…

– Если ею мудро пользоваться, то защитный костюм сохранит тебе жизнь.

– Но сколько времени нам понадобится, чтобы дойти…

– Твое нетерпение начинает меня тревожить.

– Но у нас есть только этот сухой паек в кармане. Что мы будем есть, когда…

– Сиона, ты не замечаешь, что характеризуешь свое положение как обоюдное? Что мы будем есть? У нас нет воды. Как мы пойдем? Как долго нам придется идти?

Он почти физически ощутил, как у нее пересохло во рту, когда она попыталась сглотнуть исчезнувшую слюну.

– Значит ли это, что мы взаимозависимы? – спросил он.

Она неохотно заговорила:

– Я не знаю, как тут можно выжить.

– А я знаю?

В ответ она кивнула.

– Но почему я должен делить с тобой это драгоценное знание?

Она пожала плечами, и этот жалкий жест тронул его до глубины души. Как быстро Пустыня меняет прежние отношения.

– Я разделю с тобой свои знания, – сказал он. – Но и ты должна найти что-то стоящее, что сможешь разделить со мной.

Она смерила взглядом его тело, задержавшись на тех местах, где прежде были его ноги, и, переведя взор на лицо Лето, сказала:

– Согласие, купленное ценой угрозы, не есть согласие.

– Я не предлагаю тебе насилие.

– Существует много видов насилия, – сказала она.

– А я доставил тебя сюда, где ты можешь умереть.

– Разве у меня был выбор?

– Это тяжелый жребий – родиться Атрейдесом, – ответил он. – Поверь мне, я знаю.

– Нельзя делать это таким способом, – возразила она.

– Вот в этом ты ошибаешься.

Он отвернулся и по синусоиде спустился с дюны. Через мгновение Лето услышал, как Сиона, скользя и спотыкаясь, последовала за ним. Он остановился в тени дюны.

– Мы переждем здесь до конца дня, – сказал он. – Надо идти ночью, чтобы сэкономить воду.