А знаешь, почему он отправился туда? Потому что никогда не осуждал богача. Богач не придавал ему никакого значения, но Лазарь не ненавидел его, не испытывал к нему неприязни, не проклинал, не проклинал и тот час, в который родился, он не ругался с богатым, а проявлял терпение. Терпение — столько, сколько было необходимо.
Вот говоришь кому-нибудь:
— Прояви терпение.
— Да, но до каких пор? Когда решится моя проблема? Я проявлю. А двух месяцев хватит?
Мы ведь сейчас не станем заключать контракт с Богом, сколько нам времени проявлять терпение!
Может, надо проявить терпение ради твоего ребенка, мужа, жены, ради тебя самого два месяца? Два года? Два десятилетия? Всю жизнь? Я не знаю сколько. Знаю, однако, что с Богом мы не заключаем таких соглашений и договоренностей, а полагаемся на Него и говорим: «Господи, дай мне сил проявить огромное терпение, чтобы душа моя была как скала, чтобы я выдержал, ожидая Твоей милости».
И Лазарь не вознегодовал. Он не сказал в душе: «За что, Боже мой? За что, Боже мой, Ты сделал меня таким? Как же Ты несправедлив! Посмотри на этого рядом со мной! Ты только посмотри на него! Он же опять ест! Опять вкусно пахнет, что они там опять готовят? Видишь, сколько людей внутри, все веселятся, я слышу звон бокалов, они пьют вино, а я вот тут голодаю. За что, Боже мой? Ну почему я должен быть таким?»
Но он не сказал этого.
Я говорю это тебе потому, что ты иногда сетуешь:
— Ну почему я не женат? Почему Бог меня обездолил? Почему так долго не происходит того, что я хочу? Почему время летит так быстро?
Боязнь, как бы не случилось чего-нибудь, может довести нас до болезни и лишить покоя задолго до того, как это действительно случится. Мы часто заболеваем, лишаемся радости, и наша жизнь становится черной и несчастной, но не из-за самой проблемы, а из-за своих помыслов. Мы боимся, боимся еще до того, как что-то случится, и это доводит нас до болезни. С нами, людьми, что-то происходит — я не знаю, как это объяснить, но мы всегда находим что-нибудь, из-за чего бы нам побеспокоиться. Всегда находим что-нибудь, из-за чего бы впасть в тоску. Бог решает для тебя одну проблему, а ты немного погодя находишь себе новую.
Не знаю, что происходит, но я за всю жизнь еще не видел человека, который сказал бы: «Я счастлив и у меня всё хорошо!» Я не видел человека, у которого решилась бы проблема, а он спустя малое время, через какой-нибудь месяц, не нашел бы что-нибудь новое, о чем бы ему поволноваться. Я не могу объяснить себе этого. И вижу это дома, я говорю не о каких-нибудь незнакомых людях, а о своих собственных родителях.
Когда мама была помоложе, она говорила:
— Вот если у нас дома будет то-то и то-то, то все успокоятся и будут счастливы.
Происходило то, чего она хотела, но она находила себе новую печаль.
Отец говорил мне:
— Вот получать бы мне пенсию, я был бы просто счастлив.
Вышел он на пенсию, и сейчас у него новые печали, он находит новые проблемы.
Когда же человек в конце концов успокоится и скажет, что жизнь прекрасна? Ответ: он никогда не обретет покоя. Почему? Потому что в нашей жизни всегда будет появляться что-нибудь новое.
Нам надо научиться жить, балансируя между скорбью и радостью. Ведь жизнь не одномерна, она не только тишина, свет и счастье, но существует еще и боль.
Кто-то сказал мне:
— Ну почему Бог сделал со мной это?
И я ответил ему:
— Он не сделал этого с тобой, такова жизнь всех людей.
Не знаю, видели ли вы кого-нибудь, кто был бы совершенно счастлив во все годы своей жизни. Ведь все проходят через какую-нибудь скорбь и боль. В чем же тут секрет? В том, чтобы научиться быть хладнокровными и подготовленными. Вот буря отгремела и наступило затишье, но сколько это будет продолжаться? Пять дней, неделю, год? Потом начнется новая буря. В этом мудрость.
Я видел всего нескольких бабушек и дедушек, как-то созревших по жизни от множества полученных ударов, множества встреченных волн. Они стали зрелыми людьми и говорят:
— Дитя мое, я и в радости прославляю Бога, но готов и к тому, что завтра опять громыхнет какая-нибудь бомба, готов опять услышать что-нибудь неприятное.
Эти люди знают, как жить, а нас, молодых, тут же охватывает паника, и мы ни радостью насладиться не можем, ни на скорбь посмотреть хладнокровно, а сразу впадаем в крайности.
Одна женщина сказала мне:
— Отче, я не могу выйти замуж. Мне 35, а я не могу выйти замуж.
Я сказал ей:
— Ты выйдешь замуж, деточка моя!
— Нет, не выйду! Моя жизнь не сложится удачно!
— Да откуда ты это знаешь? Тебе помысл говорит это. Ты выйдешь замуж, я обещаю тебе это!
Сказал я ей это, сам того не зная, и она, к счастью, вышла замуж. В 38 лет вышла замуж. Я спросил ее:
— Ну что, сейчас ты радуешься?
— Очень, отче!
Я этого ждал! Чтобы ты утихла, чтобы мы утихли! Но вот прошел год — и снова тревоги, снова звонки, снова рев, и она опять говорит:
— В жизни моей нет радости.
— Но почему же, дитя мое? Ты ведь вышла замуж!
— Да, но где же ребенок?
