– Да, симпатичная казнь, – сказал гордый. – Она устраивается лишь раз в году, в день годовщины выборов нынешнего венценосца. Будет большое скопление ликующего народа, дорогой друг, и я вам обещаю – все пройдет без применения технических средств совершеннее колеса и топора.
– О-о, – мечтательно закатил глаза плюгавый, хлюпая, – это мой любимый праздник. Весна, май, первая, еще не запыленная зелень, нарядно одетые люди на огромной светлой площади…
– Перестаньте, – жалобно потребовал детина, – не перегибайте палку, изверги! Сговорились, что ли? Раньше не думали, что станете главными на представлении?
– Были такие подозрения, – признался плюгавый. – Меня это даже как-то возбуждало, понимаете? Сначала приговоренного привязывали к колесу сподручные палача… О-о-о, наш замечательный городской палач, наш виртуоз, не побоюсь этого слова – наша гордость! Никогда не торопится! Сначала он берет в свои красивые сильные руки…
– Заткнись! – заорал детина. – Заткнись, пока я не размозжил тебе голову!
– Правильно, – улыбаясь, сказал гордый, – незачем так подробно рассказывать Дику, а то ему станет скучно на представлении. Скоро сам все увидит.
– Погодите, – сказал я, пытаясь нащупать священный корень. Ну Один, ну папаша! Это он специально врата так настроил. Надо полагать, Верховный попросил, специально для таких, как я, – Верховный Чеширию курирует… Чтобы, ежели кто с Небес их поганых удрать наладится, далеко не ушел… – Погодите! Значит, через какое-то время…
– Через двенадцать дней, – любезно уточнил гордый.
– …нас всех, здесь присутствующих, привяжут к колесу…
– К разным колесам, – вставил плюгавый.
– …после чего палач возьмет что-то в свои красивые сильные руки…
Корня у меня на груди не оказалось. Покрываясь холодным потом, я принялся разгребать гниющее сено под собой.
– Усекновитель он возьмет, – сказал плюгавый, хлюпая. – Потерял чего?
Подарок Гарика пропал бесследно. Дороги назад не было. Да и нельзя мне назад – там Росомаха…
– Не расстраивайтесь, дорогой друг, – сказал гордый. – Утешайтесь тем, что после вас останутся картины… Так как последние несколько дней вам предстоит провести в нашем обществе, позвольте представить присутствующих. Знакомьтесь. Этого усатого малыша зовут Крыс. Имя, конечно, не совсем обычное, но другого он нам не назвал из боязни скомпрометировать родственников.
– Я сын благородных родителей, – подтвердил плюгавый Крыс, кивая мне и хлюпая.
– Странная кличка, – рассеянно кивнул я, думая, как быть дальше.
– Это имя, – любезно поправил меня гордый. – Кличка у него…
– Граф! Я же вас просил!
– Но кличка ему не нравится. Крыс – личность незаурядная. Свой кусок хлеба он добывал нелегким трудом простого наемного убийцы.
– Мухи в своей жизни не обидел! Грешно вам наговаривать на человека!
– Неделю назад эту невинную жертву клеветы сдал один из нанимателей. Так что здесь он совсем недавно… Старейшим же обитателем камеры является Дик.
– Маленький Дик, – сказал бородатый детина, пожимая мне руку. – Моряк. Гнию здесь пятый месяц.
Как думаешь, Бьорн, перед казнью нам позволят помыться?
– Понятия не имею, – пожал плечами я.
Нет, Верховный меня вытаскивать не станет, о богах вообще лучше пока забыть. Еще делегацию соберут – посмотреть, как меня разделывают. В назидание…
– Ну откуда же ему знать, Дик, – сказал словоохотливый гордый и снова обратился ко мне: – Дорогой друг! Я прошу вас обратить особое внимание на этого добродушного флегматика. Одиннадцатилетним пацаном, юнгой, он ушел в море. Дюжину лет он проплавал на одной и той же, небезызвестной в наших морях пятимачтовой шхуне, носящей милое название «Дельфин», и за эти годы сумел сделать поистине блестящую карьеру!
– Я уже замещал второго помощника, – застенчиво улыбаясь в бороду, сообщил Маленький Дик. – Эх, кабы не проклятая волна…
– Дик имеет в виду печально знаменитое цунами, приключившееся в конце января. Оно довольно невежливо бросило «Дельфин» на рифы. Непривычной к такому обращению шхуне на рифах не понравилось, и она пошла ко дну. Верная команда последовала за кораблем, а чистоплотный Дик решил немного поплавать напоследок. Его подобрал таможенный бот, на котором Дика узнали и хотели было немедленно повесить, но потом решили, что кто-кто, а уж он колесование заслужил.
– В вашей республике принято вешать вторых помощников? – проворчал я, прикидывая, как поступят местные власти, обнаружив в камере лишнего, с этим самым лишним… – Какой интересный обычай!
– Не совсем так, – засмеялся гордый. – Вы действительно никогда не слышали о «Дельфине»? Торговые суда, повстречавшись с ним, имели обыкновение тонуть. Справедливости ради надо отметить, что Дику и его товарищам, как правило, удавалось спасти товары… В обязанности же второго помощника на пятимачтовых шхунах входит командование абордажной командой.
– Понятно, – сказал я. Компания подбиралась еще та… – Ну, а вы сами?
