— министр пропаганды, Эллорик Верник. Он пустил рекламу на всех каналах о тяжелой и мученической жизни самого младшего сына императора. Еще появилось объяснение моего отсутствия. Я был спрятан на планете Корик, жил среди пещер, учился магии, — юный император посмотрел на браслет на руке, взял меня за руку и повел из комнаты. За ней я с удивлением обнаружил гостиную огромных размеров в красно-зеленых тонах, коврах, двумя диванами, тремя креслами, двумя столиками и хрустальных статуэтках, расставленных то на полу, то на полках.
— До пятидесяти лет, мы являемся несовершеннолетними, а дети должны жить вместе, — усмехнулся эльф.
— Кто опекун?
— Как ни странно жрец Оруэлли. Ты с ним знаком. И еще, мы с тобой обладаем абсолютной властью, и наши приказы не обсуждаются.
Пока мы шли по пустым коридорам, комнатам я размышлял, кто такие рекламы, почему каналы показывают и что это за браслет, на который часто поглядывает Альфамир.
— Почему тут пусто? — задал волнующий меня вопрос.
— Это этаж только для императора и его родственников. Так что мы единственные, кто тут обитают. Опекун встретит нас этажом ниже, потом на лифте спустимся в банкетный зал.
— Что такое лифт?
— Металлический ящик, который поднимается и спускается с помощью электричества. А вот и он. Ничему не удивляйся и делай вид, что все тебе знакомо, — предупредил меня эльф, а я посмотрел на его ладонь, которой он удерживал мою руку и никак не хотел отпускать.
Металлическая дверь открылась, мы вошли, парень нажал кнопку, которая зажглась. Я почувствовал движение этого ящика, вдруг мое зрение изменилось. Я увидел структуру и строение лифта, все крутящиеся шестеренки, двигатель, движение электронов. Моргнул, и видение исчезло. Зато все стало понятно. Как только лифт остановился, и двери открылись, жрец Оруэлли встретил нас в своем праздничном зеленом балахоне.
— Прошу прощения, — сказал зеленый эльф и вошел в лифт. Он немного замешкался, увидев меня и наши с императором сцепленные руки. Нажав на кнопку, втроем спустились еще на три этажа ниже. Теперь нас встречали при параде: военнослужащие эльфы в черно-зеленых переливающихся костюмах стояли по обе стороны лифта. Я незаметно сдернул руку императора, слишком по-детски он вел себя. Альфамир вышел первым, я за ним, потом опекун, за ним пристроилась адмирал Польскала и ее окружение.
Впереди я увидел огромную деревянную дверь, возле которой стоял какой-то светлокожий эльф в темно-зеленом брючном костюме с красным галстуком, длинноволосый блондин, но с подкрашенными прядями волос в зеленый цвет. Ну, я легко прочитал его. Им оказался министр пропаганды Эллорик Верник, возрастом двести три года. Его темно-зеленые глаза стали еще больше, когда он рассмотрел меня. Он забыл свою речь, с которой должен начать банкет, растерялся. Пришлось его мысленно взбадривать дозой адреналина. Помогло, нервно облизнувшись, широко открыл дверь. Министр ворвался в зал, полный эльфами в праздничных одеждах.
— Господа, — почти крикнул Эллорик, — Встречайте, юный Император вселенной Альфамир Аффолинский и его младший брат принц Викториан Аффолинский.
Зазвучала музыка, императорский оркестр начал играть гимн Империи.
Альфамир вошел первым на красную дорожку банкетного зала. Меня незаметно придержал за руку Эллорик. Потом кивнул. Я вышел вторым.
Засверкали вспышки света, а я шел величественной хищной походкой Лорда. Путь заканчивался на помосте, на который я поднялся по ступенькам и сел на край трона по левую руку от императора, из-за мечей, положив руки на подлокотники. Все остальные, что шли за нами, встали по обе стороны от помоста.
Гимн закончился. Министр пропаганды Эллорик Верник подошел, сначала к моему трону, встал на левое колено. Он протянул мне красно-зеленую подушечку, на которой лежали две короны, большая золотая усыпанная изумрудами — символ мира и поменьше, украшенная рубинами — символ войны, красный принц должен быть на острие меча. Я догадался какую мне брать. Опыт надевания короны уже был им я и воспользовался. С величием и легкой ленью надел обруч на голову, просунув сквозь него волосы. Он осел вокруг головы как влитой.
Руки юного императора дрожали, когда он брал свою корону. Надел, забыв просунуть хвост, и застыл, боясь шевельнуться. Корона сидела на нем немного на боку.
Потом к помосту стали подходить гости. Они кланялись, представлялись, называли должность и отходили. Я всем кивал с легкой улыбкой, а император сидел как статуя, даже моргать боялся. Когда по протоколу официальная часть закончилась, внесли столы, которые тут же наполнились разнообразными блюдами и напитками. Столы принцев были поставлены по обе стороны помоста. Надо было спуститься к своему столу. А император все сидел. Никто не имел права помочь эльфу, сидящий со сползающей короной. По этикету никто сядет за стол, пока император не сядет. Все это я прочитал в голове Эллорика, у которого начиналась паника.
Я встал, подошел к Альфамиру и поправил корону. Указал ему сесть за стол с правой стороны, а сам — за левый.
