— Одолей меня и я отдам тебе место верховного Бога. Разве не этого ты жаждешь всеми фибрами души?
Он замер, глядя на меня, видимо в голове в это время проходили сложные вычислительные процессы, которыми Бог войны обычно не озадачивался.
— Ты отдашь мне место верховного Бога, если я стану сильнее тебя и смогу одолеть?
— Большая сила — большая ответственность. Если ты готов вынести моё бремя, я дам тебе этот шанс.
— Стать верховным Богом! — рассмеялся он, его кровавая аура снова сияла. — Тогда даже отец будет меня бояться! Сейчас я лишь помеха, но что смогу, если у моих ног будет вся мощь Царства мёртвых!
— Что ж, раз мы с тобой разобрались…
— Хочу первый бой на этой неделе! — он пылко оборвал мою речь, не дав договорить.
— Какой резвый… — тяжело вздохнул я. — Ладно, приходи к вратам моего царства через пару дней, я подберу тебе соперника.
— Ты отказываешься драться? — нахмурился тот, сверля меня взглядом.
— Вот станешь сильнее, тогда начну. — лишь пожал плечами я. — Я заставил тебя обратить на себя внимание на кибертурнире, теперь твоя очередь доказать, что ты достоин сражаться со мной.
Арес усмехнулся, наблюдая за мной:
— Почему ты раньше скрывал свою истинную суть?
— О чём ты?
— Я всегда думал, что ты депрессивный неудачник, но, по всей видимости, ошибался. — он подошел ближе и протянул руку. — Теперь сокрушить тебя — моя главная цель!
— Я польщён!
В этот раз Арес пожал мою ладонь более щадяще.
— И помни! Ты обещал, Аид! А мы не кидаемся словами просто так!
— Ты тоже. Раз я теперь твоя главная цель, то наблюдай только за мной, тренируйся и сделай всё возможное, чтобы самостоятельно меня сокрушить!
В дверь забарабанили, снаружи послышался обеспокоенный голос Аполлона:
— Миша! Ты там? Немедленно прекрати его дразнить! Ты не знаешь, насколько он опасен!
Арес фыркнул, отпустил мою руку и сам направился к двери.
— Входи. — он окинул взглядом остальных собравшихся, по всей видимости, мы привлекли сильное внимание своим шумом. — И вы двое тоже.
После того, как Артемида и Афина последовали за Богом искусств, он закрыл дверь, оставив остальных томиться в ожидании развязки.
Пресекая лишние расспросы от Богов, я поспешил прояснить ситуацию:
— Мы немного потолковали с Аресом и пришли к общему консенсусу.
Бог войны подошёл и демонстративно встал рядом:
— Я не такой идиот, как вы думаете! Это ведь ты натравил дядю на меня, а? Аполлон? Или надо сказать «спасибо» Афине? Что ж… Хорошо сработано!
— Дядю?.. — Бог искусств в шоке уставился на меня и подошел ближе, рассматривая характерные для Аида голубые глаза с танцующим пламенем внутри, а затем рассмеялся. — Отличная шутка, Михаил! Я почти купился! Арес, ты мастерски подыграл ему! Не замечал за тобой актерского таланта! Когда только успел?..
Бог войны с удивлением глянул на меня, будто задавая немой вопрос «он реально идиот или ничего не знает?»
— Феб, я и правда Аид. — сказал, в доказательство своих слов выпустив синее пламя на ладони. — Но я больше не тот Бог, которого вы все знали раньше. Прошло достаточно много времени, и я сильно изменился, как внешне, так и внутренне. Однако я не вчера родился и прекрасно понимал, что Олимп всё ещё ненавидит меня за случившееся, и поэтому принял решение временно выдать себя за смертного, чтобы разведать обстановку. Так что… Прости, что вводил тебя и Диану в заблуждение столько времени… Но ты сам сказал, что примешь мою суть даже когда узнаешь правду. И я поверил тебе. Не откажешься ли ты от своих слов теперь, когда всё знаешь?
По лицу Бога искусств было совершенно непонятно, какие мысли роились в его светлой голове, он смотрел то на танцующее пламя в моих руках, то на такое же в глазах и продолжал упорно молчать. Даже Арес не проронил ни слова, наблюдая за разворачивающейся на его глазах драмой.
— Брат! Ты ведь сам тогда говорил, что много времени прошло, и мы должны забыть прошлые обиды на Аида. — позвала его Артемида, которая восприняла новость на удивление спокойно.
— Я тоже не сразу поверила, когда Миша рассказал мне правду, но я была в Царстве мёртвых и знаю: он действительно Бог смерти и наш дядя, как бы мы к этому не относились! — поддержала её Афина.
— Ну, а мне в общем-то плевать! Я сокрушу Аида в любом случае! — пожал плечами Арес.
— Ты не можешь быть Аидом. — внезапно улыбнулся Аполлон, он продолжал упрямо стоять на своём. — Да, Боги и люди меняются, но не настолько сильно. Конечно, я не так хорошо знал дядю, но помню о нём достаточно, чтобы прямо заявить, что ты, может быть, и обладаешь силой Бога смерти, но точно им не являешься.
— Это невозможно, Аполлон. — осадила его Афина. — Только Бог может контролировать своё божественное пламя и выдерживать груз внутренней силы.
— Он слишком хорошо знает людей, чтобы быть Богом смерти. Я ведь прав, не так ли? Ты не Аид.
