А Дж. Флетчер, английский посланник при русском дворе в конце XVI века, так описывает медвежий бой, которому был очевидцем: «Другая особенная потеха есть бой с дикими медведями, которых ловят в ямах и тенетами и держат в железных клетках, пока царь не пожелает видеть это зрелище. Бой с медведем происходит следующим образом: в круг, обнесенный стеной, ставят человека, который должен возиться с медведем как умеет, потому, что бежать некуда… Нападая на человека, медведь поднимается обыкновенно на задние лапы и идет к нему с ревом и разинутой пастью. В это время если охотник успеет ему всадить рогатину в грудь между двумя передними лапами (в чем, обыкновенно, успевает) и утвердить другой конец ее у ноги так, чтобы держать его по направлению к рылу медведя, то, обыкновенно, с одного разу сшибает его. Но часто случается, что охотник дает промах и тогда лютый зверь или убивает, или раздирает его зубами и когтями на части» [878:1], с. 154–155.
На рис. 247 показана старинная резьба по слоновой кости с изображением поимки медведя по царскому указу, а затем — медвежьего боя, за которым наблюдает царь, а также две женщины — одна в царской короне, а другая с полумесяцем надо лбом, изображены в верхних углах обеих табличек. Медведя убивают копьем.
Снова обратимся к древнеегипетской картине из Эдфу, см. рис. 229, рис. 230 выше. Изображенный на ней зверь, пронзаемый копьем Гора, вполне похож на медведя. Особенно, если учесть, что древнеегипетский художник, скорее всего, не бывал в России и никогда не видел живых медведей. Тем не менее, он правильно передал общие очертания медвежьего туловища, шеи, головы и ушей, рис. 248.
Египтологи, скорее всего, возразят, что это, дескать, вовсе не медведь, а бегемот. Однако это не так. Египетский художник должен был знать, как выглядят бегемоты. Ведь до построения Асуанской плотины бегемоты водились во всем течении Нила. Но у бегемота очень маленькие уши, пропорционально очень маленькие ножки и, кроме того, бегемот не может повернуть голову назад из-за строения своей шеи. Египетский же художник изобразил у зверя большие высокие уши и достаточно толстые ноги, рис. 230. Кроме того, на рис. 243 зверь оборачивает голову назад. Значит, это точно не бегемот. А вот медведь имеет достаточно большие уши, толстые ноги и действительно может обернуться, рис. 249.
Надо сказать, что на стенах того же древнеегипетского храма в Эдфу, по соседству с обсуждаемыми здесь изображениями, показана также и охота на бегемота, рис. 250. И там бегемот изображен с полным знанием дела: маленькие ушки, маленькие ножки и характерный разрез рта, рис. 251, рис. 252. Зверь не на цепи и никаких женщин рядом нет — то есть, изображена охота, а не поединок с цепным зверем на глазах у зрителей.
