Но Ария была упрямой и своевольной – она никогда не делала того, чего ждала от нее Франческа. Она со вздохом припомнила все эти вечера с пролитым лимонадом, отравленные неловкостью за поведение своей дочери, и поняла, что задача будет не из легких. Ария была типичным тинэйджером; она вечно пропадала где-то с друзьями, хотя и любила побыть дома на вилле – каталась верхом, рисовала и слушала музыку, включая проигрыватель почти на полную громкость, что сильно раздражало Франческу.
Конечно, эта нынешняя молодежь хочет «любви». Но откуда им знать, что на самом деле главное в жизни, думала Франческа с усмешкой. То, что действительно нужно Арии, – это человек более взрослый, более опытный; мужчина, который знает, чего он хочет и за что платит. Франческа вздохнула опять; Ария вовсе не обращала внимания на то, были ее друзья богаты или нет, и, конечно же, не согласится послушно выйти замуж за человека только потому, что ей выбрала его ее мать, потому, что она велела ей это… ее дочь совсем иначе представляет себе замужество. Да, тут есть над чем подумать… И тогда Франческа вспомнила об Энтони Карральдо. То, что он сказал ей, удивило ее, но после небольшого размышления Франческа воодушевилась. Но, все же, нужно еще хорошенько обдумать, как заставить Арию согласиться.
– Дорогая, – сказала Франческа наутро. – Думаю, настало время сказать тебе нечто очень важное… нечто…
Она внезапно остановилась и заплакала. Ария только что начала завтракать. Она поставила на стол стакан сока и взглянула на мать встревоженно.
– Что с тобой, мама? Ты заболела? Ты плохо себя чувствуешь?
– Нет… вовсе нет, хотя врачи и иного мнения на этот счет… – рука Франчески слегка дрожала, когда она слабым движением прикрыла глаза ладонью. – Дело в том, что мы, Ринарди, остались без средств. Конечно, после стольких лет напряженной работы я чувствую себя очень усталой и выжатой, но я объяснила врачам, что не могу бросить работать – иначе кто же позаботится о тебе? Это совсем нелегко для женщины в моем возрасте разрываться между работой в Риме и своей подросшей дочерью, которая нуждается в присутствии матери здесь, в Венеции, но я знаю – это мой долг. Ах, Ария, если б ты только знала всю правду. Как многим я пожертвовала во имя долга! Как много я работала, чтобы иметь возможность вырастить тебя – знаешь, мне даже пришлось пожертвовать тем, чего мне хотелось больше всего – быть все время рядом с тобой, моей девочкой. И все почему? Потому что твой отец оставил нас совсем без денег…
– Нет, это не так, – возразила Ария, протестуя. – Как ты можешь говорить, что мы без средств, мама? Словно папа оставил нас на улице просить милостыню! Ты работала потому, что тебе это нравилось, благодаря этому у тебя были красивые платья.
– Ария! Да я ненавидела эту работу! Не заблуждайся на этот счет – я работала только для того, чтобы принести в дом хоть немного денег. Я старалась, чтобы это никак не касалось тебя, чтобы ты не знала и не думала об этом – ты была слишком молода, чтобы знать об этих проблемах. Это могло расстроить тебя, встревожить. Моя девочка, правда состоит в том, что денег, доставшихся нам по завещанию твоего отца, не хватит даже на то, чтобы покупать твоему любимому попугаю Лючи приличный корм! Что уж тут говорить о нас. Боюсь, что только потому, что я упорно сражалась, чтобы хоть как-то сводить концы с концами, ты была хорошо одета и ходила в приличную школу. Но теперь я выдохлась.
Закрыв лоб изящной белой рукой, Франческа грациозно опустилась в инкрустированный перламутром расшитый узорами шезлонг.
Ария внимательно смотрела на мать. В глазах ее было сомнение. Даже после всех этих лет она не могла с уверенностью сказать, когда ее мама говорит правду, а когда просто играет. Но если то, что она говорила о завещании – правда, то откуда же брались деньги на ее образование? И как Франческе удавалось содержать палаццо и виллу? Припомнив обширные изящные крыши виллы д'Оро, она содрогнулась при мысли, сколько же могло это стоить – содержать дом в надлежащем виде.
Она с грустью подумала об отце. Для нее вилла д'Оро была местом, неразрывно связанным с ним; нигде никогда в жизни она не была так счастлива, как здесь вместе с Паоло. Их любовь друг к другу была такой спокойной, естественной и легкой, так отличалась от сложной гаммы чувств, которую девушка испытывала к матери. Иногда Ария с удивлением думала, как это могло быть, что ей так много не нравилось во Франческе, но она по-прежнему любит ее. И как она могла презирать свою мать за ее пустое, суетное существование и все же беспокоиться о ее самочувствии и настроении!
Ее мать отняла руку от лица и смотрела остановившимся взглядом в пространстве. Она и вправду выглядела очень усталой. А что если она действительно больна? Надо что-то сделать, чтобы помочь ей. Ария найдет работу. Она с тоской подумала о своих занятиях живописью в колледже во Флоренции – рисовать было ее страстью, этому она хотела посвятить всю свою жизнь. Но теперь с этим придется обождать.
