— Проходите, — кивнув, сказал охранник и открыл дверцу в высоких чёрных кованых воротах. Я проскользнула в проём и направилась к лестнице, по которой поднимались люди. В основном это были пары. Мужчины были одеты в синие костюмы, женщины, поднимаясь по ступенькам, придерживали подолы синих платьев.
Вход ярко и волшебно освещался синими фонарями, в свете которых поблёскивали серьги в ушах дам и, усыпанные бриллиантами маски, которые они доставали из сумочек, поднявшись на площадку перед входом в Клуб.
Подходя к нему я видела уже знакомые готические башенки, стремящиеся к тёмно-синему небу и вспоминала первый приезд сюда вместе с Люси.
Войдя я поставила сумку на ленту и прошла через рамку, а затем миновав гардеробную и надев по пути венецианскую маску, спустилась по каменной лестнице вниз. Там меня встретили улыбчивые хостес — парень и девушка. Парень откинул тяжёлый тёмно-синий шёлковый полог и я прошла в наполненный людьми зал.
Всё было уже очень хорошо знакомо мне: мужчины в строгих и не очень тёмно-синих костюмах и женщины в разнообразных платьях того же цвета, но с бОльшей разницей оттенков, бродили группками и парами мимо картин, пили вино, оживлённо болтали, смеялись и брали с услужиливо протянутых официантами подносов разнообразные закуски, от канапе до оливок и роллов из ветчины.
Я взяла бокал красного полусладкого, поблагодарила улыбчивую официантку в синих маске, топе с открытыми плечами и прелестной юбочке в складку и направилась к джаз-банду, где собрались в основном такие же одиночки, как и я.
Некоторые мужчины кивали мне, как старой знакомой, чинно склоняли головы и улыбались, а я смущалась из-за этого, размышляя о том, акты это вежливости или они помнят меня по предыдущим Играм с моим участием.
И когда я встала рядом с играющим заводной джаз оркестром, краем глаза я увидела, как в мою сторону твёрдой походкой двинулся высокий широкоплечий мужчина в маске с золотыми узорами, закрывающей верхнюю половину лица. Он остановился подле меня, едва не коснувшись локтем.
— Добрый вечер, Маска, — сказал он, явно обращаясь ко мне.
— Добрый вечер, — отозвалась я.
— Если честно, удивлён, — сказал он. — Не ожидал увидеть вас здесь.
— Похоже я удивлена не меньше вашего, — ответила я. — Потому что к стыду своему не помню, чтобы мы с вами были знакомы.
Это было правдой, однако голос его мне показался смутно знакомым.
— Я подскажу вам, — с улыбкой ответил он. — Похоже на всём этом празднике мы с вами единственные, кто знает лично главного зачинщика этого мероприятия.
— Не понимаю о чём вы, — тихо сказала я.
Чудно было снова видеть его здесь, в этом зале по прошествии года. В тот раз, когда я узрела его впервые, он меня даже не знал. С тех пор многое изменилось. И учитывая то, что он видел меня голой и наши вовремя остановленные мною отношения, я порядком смутилась. Я разом вспомнила, как сильно хотела его той ночью и, пожалуй, порозовела.
Он стоял передо мной настоящий, из плоти и крови, а ведь я привыкла уже считать его участником реалити-шоу, которое смотрела в своём смартфоне. И я не была в курсе, знал он о моей договорённости с Люси или нет.
— Всё вы понимаете, — усмехнулся Евген.
Он приблизился губами к моему уху и я почувствовала запах тонкого, чуть сладкого хвойно-древесного парфюма.
— Позвольте я ненадолго заберу вас отсюда? — прошептал он, — Здесь слишком шумно, и я не хочу, чтобы нас услышали.
Я тоже этого не хотела.
— Хорошо, — ответила я, допила вино, поставила бокал на столик у стены и направилась за ним к одной из ближайших ниш. Он отодвинул портьеру в сторону и я вошла в нишу первой. Затем последовал он. Как только потревоженная его рукой портьера вернулась на место, мы оказались в полумраке, наедине друг с другом. Только тусклые синие фонарики в стенах на уровне груди освещали пространство ниши. Тяжёлая ткань портьеры значительно приглушала звук и мы могли разговаривать тихо.
— Что вам угодно? — спросила я.
Его улыбка в синем свете казалась мистической, а с учётом маски на пол лица, даже немного страшной. Отчего-то я в красках вспомнила, как попыталась ударить его кочергой и как он холодно и пронзительно взглянул тогда на меня. До того, как мы скрылись за портьерой, я чувствовала себя в куда большей безопасности, чем сейчас, потому что не понимала, чего он от меня хочет.
— Мы снова перешли на "вы"? — спросил он.
— Почему бы и нет?
— Слушай, Бельчонок, это не тест. Просто конфиденциальный разговор.
— И всё же мне было бы комфортнее, если бы мы остались в рамках делового общения.
— Как пожелаете, — сказал он всё с той же улыбкой. — Я рад нашей встрече.
— А я пока ещё не поняла, рада или нет, — ответила я.
Я вынула из кармана платья смартфон. Как объяснила мне Люси, смартфоны на Маскараде не запрещались, но пользоваться ими в общей зале считалось моветоном. Здесь же я могла никого не смущая посмотреть трансляцию Игры Евгена. Открыв вкладку с его именем, я увидела, что все три активные камеры показывают лишь главный зал и закрытую портьерой нишу, в которую мы вошли.
