Я реально злилась. Потерять на этом дядьке более ста пятидесяти тысяч рублей только потому, что он в общении с Машей напоминал по поведению больше гомосексуалиста, чем гетеросексуала, было очень обидно. А в связи с молчанием Люси и подходящим к концу игровым таймом я уже конкретно разнервничалась. С другой стороны я сама его выбрала, да и не был он обязан соответствовать моим представлениям о мужской решительности. Просто он уже реально подбешивал — Маша разве что не разделась ещё перед ним, а он всё типа не знал, как себя вести. Причём я понимала, что она ему очень нравится — но в том-то и прикол, что нравься она ему меньше, он бы, наверное, так сильно не робел. И вообще — зря она ему рассказала правду о своём статусе и финансовом положении — он после этого вообще стал напоминать испуганного суслика. Все остатки былой важности — как ветром сдуло.
Жалко я толком не видела её лица — на первом этаже были установлены три камеры, но две из них показывали её сзади, а одна сверху и она не передавала мимику Марии. С её же линз был виден только чуть возбуждённый, очень смущённый и даже несколько перепуганный Анатолий.
Что в его взгляде настроило меня на более позитивный лад. Видимо, решившись нажраться, он решился и на более близкий контакт с Машей, а это означало, что мою плачевную ситуацию в плане претендования на Билет на Бал, возможно было значительно улучшить — коэффициенты на события, в которых Анатолий так или иначе переставал вести себя, как закомплексованный подросток — были действительно высокими.
Я закатила глаза и медленно выдохнула сквозь сомкнутые губы. Затем отпила остывшего чаю с лимоном из чашки, вернула её на тумбочку и поудобнее устроилась в кресле, положив ноутбук на колени.
Колбасы у Марии не нашлось. Она сделала Анатолию три бутерброда с красной икрой и он, слопав их, уселся в кресло-мешок, набитый шариками и уставился перед собой. О чём он думал — я совершенно не понимала. Его мимика не выражала ничего кроме смущения и на Марию он смотреть избегал. А она не терялась. Принесла текилу с солью и лимоном, включила музыкальный канал, сделала звук погромче, по-турецки уселась на ковёр перед Анатолием, опрокинула залпом один шот, встала и принялась танцевать стриптиз.
Делала она это настолько грациозно и сексуально, что интересно стало даже мне. Я поймала себя на мысли, что очень хочу увидеть её обнажённой. Музыка была под стать — сексуальный ритм, нежный женский вокал с лёгкой хрипотцой — всё работало на соблазнение Анатолия. И судя по появившемуся блеску в его глазах, сочетание танца раздевающейся красивой девушки и ударившего в голову алкоголя — действовало на него так, как Марии и хотелось. И вот — первая активность со стороны Анатолия: когда она, с поднятыми к потолку переплетёнными руками, покачивая бёдрами, чуть кружась танцевала перед ним с обнажённой грудью — соски её торчали так, что это возбуждало уже даже меня, потому что вся она превратилась в такое явное желание, что этим сложно было не проникнуться — он потянулся к ней рукой и погладил её по бедру. Точнее, попытался, потому что Мария с улыбкой ускользнула в сторону, чтобы продолжить свой танец соблазнения в полуметре от того места, где только что стояла. Она явно провоцировала его на б
Время игрового тайма: 45 часов 19 минут.
Делаем ставки, дамы и господа!
1. Вероятность того, что Мария закончит свой танец, полностью обнажившись — 1 к 1,2
