Лавочек на площадке было пять — и все они располагались в небольших нишах, так, чтобы люди смогли укрыться в тени от знойного фиджийского солнца. Воздух был тёплым и каким-то тягучим и каждое дуновение ветра воспринималось, как освежающее нежное удовольствие. К этому климату нужно было привыкнуть.
Кроме нас на площадке, в центре которой на клумбах росли диковинные яркие цветы, было ещё шестеро человек. Вообще все люди, которых я видела утром и теперь, днём, гуляли парами — мужчина с женщиной и о чём-то тихо беседовали между собой. Я видела улыбки, восторг в глазах, когда гости осматривались в этих полудиких садах за замком и изредка до меня доносились обрывки их разговоров.
Романа все они явно воспринимали, как одного из приглашённых на Бал гостей и он, судя по расслабленному поведению, был этим вполне доволен. Его волосы, воздушная голубая рубашка из лёгкой ткани с коротким рукавом и белые свободные штаны трепетали на ветру, когда мы гуляли между редкими пальмами по витиеватым дорожкам, выходили к берегу и смотрели сверху, с высоты холма на спокойный голубой океан.
Нагулявшись, мы пришли сюда, к плодовым деревьям, цветам и небольшому водопаду, который был оснащён двумя параллельными покачивающимися подвесными бревенчатыми дорожками. Они позволяли смотреть на водопад вблизи и на узенькую речку внизу, журчащую среди камней узкого скалистого прохода, заросшего по краям травой и кустами. Было приятно стоять там в прохладе мелких капель воды и мочить ладони в воде этого водопада, до которого, благодаря ближней подвесной дорожке, перекинутой через глубокий ров, можно было дотянуться кончиками пальцев.
Те, кто долго стояли там, намокали из-за наполненного крохотными каплями воздуха, а потом шли гулять дальше, пили из фонтанчиков чистую родниковую воду и терялись в глубинах зелёного острова, уходя по дорожкам под кроны высоких деревьев. А кто-то, как и мы, садился на лавочки, чтобы дать ногам отдохнуть и пообщаться в уединении затенённых кронами ниш.
Иногда можно было увидеть молодых людей и девушек в синих футболках и белых штанах и юбках, которые носили на сверкающих в солнечном свете серебристых подносах прохладительные напитки, мытые фрукты и маленькие воздушные пирожные в миниатюрных корзиночках, скрытые под металлическими купольными крышками.
Я, одетая в футболку и шорты, сидела, вытянув белые ноги, подставив их солнечному свету, пробивающемуся среди ветвей, чтобы они хоть немножко загорели и Роман, глядя на это, спросил меня:
— Хочешь на пляж?
Я улыбнулась и закивала.
— Чуть попозже, ладно? — ответил улыбкой Роман. — Зной более-менее спадёт и солнце будет греть помягче. А то обгоришь.
— Хорошо, — ответила я.
Мы немного помолчали, разглядывая из своей ниши прогуливающихся гостей и я спросила:
— Ты давно купил этот остров?
— Семь лет назад.
— И всегда жил тут один?
— Ну, во-первых, я не один. Тут всегда есть необходимый минимум персонала и охрана. А, во-вторых, первые года три я здесь редко бывал. В основном жил на вилле в Италии, иногда тусовался в своём доме в Индонезии и периодически останавливался на неделю-две в Москве. На тот момент, когда я принял решение переехать сюда, у меня в России было одиннадцать домов и квартир.
— Ни фига себе…
— Но, ты знаешь, я нигде до этого острова не чувствовал себя дома. Мне, видимо, нужно было как-то отделиться от окружающих людей, которые не имеют ко мне отношения.
— Зачем тебе столько денег? — удивилась я.
— Они просто сопутствуют профессиональному успеху. Игра — не единственный мой проект. У меня было много бизнесов. И потом, деньги — это возможности.
— А почему "было"?
— Потому что я все продал.
— Занимаешься только Игрой?
— Ну, слушай, это огромный проект, он требует сосредоточенности. Правда последние года два я по максимуму делегирую всё, что только можно. Кроме самых ответственных вопросов.
— И много на тебя сотрудников работает?
— Много. Больше тысячи человек только штатно.
— А как ты теперь справляешься без Люси?
— Ну, как видишь, вполне справляюсь. Можно мы не будем о ней говорить? Мне достаточно того, что она здесь, среди гостей.
— Хорошо, — кивнув, сказала я. — Извини. Только, если не сложно, ответь мне на один вопрос.
— На какой?
— Почему ты теперь так относишься к ней? Из-за Евгена?
— Я не выношу предательства, Юль. Для меня предательство, практически любое — это крах отношений. И деловых и личных. Просто Люси делала реально очень много и заменить её было очень сложно. Глупость с моей стороны, которую я тем не менее исправил. Теперь её обязанности выполняют три человека. И со всеми у меня исключительно деловой и чаще всего очень дистанционный контакт.
— Тогда почему ты до сих пор общаешься с Евгеном?
— Я с ним не общаюсь, — покачал головой Роман. — С чего ты взяла?
— Ну… Ты же включил мне запись…
— Он передал её мне через моего сотрудника, поскольку созвониться или списаться со мной не может.
— А зачем он это сделал?
