Основную часть своего подпольного состояния он скопил на перепродаже "барахла". То есть на спекуляции антиквариатом. Кстати, слово "спекуляция" он ужасно не любил и всегда называл свои махинации деловыми операциями.
Семья Хитроумовых состояла из пяти человек и одной собачки - Элоночки. Квартира была шестикомнатная - по комнате на каждого члена семьи. В гостиной Всеволод Львович создал райский уголочек, где пели канарейки, и небольшой комнатный фонтан на фоне густой и пышной пальмы.
Рита Хитроумова, его дочь, училась в трех институтах. В четвертый не поступила - блата не было. Но ни один она не закончила - терпения не хватило. Зато пять раз пыталась выйти замуж. И сегодня она очень надеялась, что Вася Кукушкин, познакомившись с ее шестым женихом, откроет ей глаза на истину.
Виктория Леопардовна, мать Риты и жена Всеволода Львовича, была домохозяйкой со стажем и незаконченным высшим медицинским. Она в шутку и втайне от своего мужа считала себя домашней вешалкой. Только не той, на которую можно что-то вешать, а той, которая сама на кого-то вешается. Виктория Леопардовна, в отличие от других членов семьи, совсем не надеялась извлечь пользу из предстоящей встречи с таким важным гостем. Более того, у нее даже было предчувствие, что знакомство с уникальным Кукушкиным может принести ей много неприятностей.
Но женское мнение в этом доме мужчин не интересовало. Рита и Виктория Леонардовна хлопали на кухне, а Всеволод Львович и его отец Лев Борисович сидели в своем любимом уголочке на выступе комнатного фонтана и беседовали.
- Человек - самое удивительное животное в природе, - с философской улыбкой сказал сын.
- Ты имеешь в виду этого телепата? - старший Хитроумов, как всегда, держал в руках свою Элоночку и нежно поглаживал ее. - Так вот что я тебе скажу, сын мой. Он - начало нашей смерти. У нас только два выхода: купить его или... Он должен быть нашим другом и ни в коем случае не врагом.
- Ну чем может быть для нас опасен этот один-единственный телепат?! спросил спокойно Хитроумов-младший, подкармливая рыбок, которые ему всегда казались взаправду золотыми.
- Это сейчас он единственный, а пройдет десять-двадцать лет, и их наплодится столько, что мы будем у них как на ладони.
- Ох, отец, зря паникуешь, - хмыкнул сын и лениво потянулся.
- Всеволод, не расслабляйся. Ты носишь мое отчество львиное, и имя я тебе дал могущественное!.. - напомнил отец и больно ущипнул Элоночку за ухо. Она пискнула и угодливо лизнула ему руку.
- Зато все остальное я добыл себе сам! - хвастливо подчеркнул сын. Поэтому я и глава нашего семейства.
- А гены чьи? Чьи?!
В это время соловьем пропел квартирный звонок, и мужчины зашевелились. Открывать пошел хозяин квартиры.
Всеволод Львович встретил Кукушкина, как давнего знакомого.
- О, вот вы мне как раз и нужны! - воскликнул он, будто знал Васю много-много лет. - Прошу, мой друг.
В гостиной Кукушкин не мог скрыть своего удивления.
- О, я, кажется, попал в рай еще при жизни! Очень жаль, если его когда-нибудь закроют на ремонт.
- Не волнуйтесь, молодой человек, я в состоянии построить себе рай и похлеще, - прихвастнул хозяин и протянул руку для знакомства: - Хотите Всеволод Львович, а хотите - Львович Всеволод. Как вам угодно. От этого я бедней или богаче не стану.
- Рад познакомиться - Василий Васильевич! - представился гость, не отводя взгляда от комнатного фонтана. - А скажите, вот... самолет вы могли бы купить?
- Куда же мне на нем лететь? - развел руками Хитроумов-младший. - О, понял! Вы, наверное, имеете в виду туда, куда Макар телят не гонял.
Вася промолчал и с поклоном улыбнулся Хитроумову-старшему, подчеркивая тот факт, что они уже знакомы. В ответ ему тявкнула Элоночка и угодливо помахала хвостиком немного обеспокоенному старику.
А Всеволод Львович начал знакомить гостя со своей квартирой:
- Как видите, это моя пещера. Вот комната моей мамы. Я вас потом с ней познакомлю. Дальше - моя комната и комната жены. Это комната дочери. Имеется также отдельная комната для нашего меньшего друга, - он любовно погладил Элонку по спине, благо Хитроумов-старший шел рядом с ними. Правда, небольшая - всего двенадцать метров. Ну, с кухней, ванной и туалетом я пока вас знакомить не буду... А у вас?
- У меня... тоже так же, только все вместе, - процедил сквозь зубы Вася.
- Приятно, что вы шутник!
- Еще бы, - гость скопировал улыбку хозяина. - И главное - не из милиции.
От взгляда Хитроумова Кукушкина на мгновение пронзило током. Но у хозяина хватило выдержки, чтобы деликатно спросить:
- Какой у вас заработок?
- У меня твердый оклад - двести.
- Твердый оклад - это пособие по безработице, молодой кент. А зарплату каждый мыслящий мужчина должен делать себе сам. Это есть его деловые способности, умноженные на хозрасчет. М-да... Если бы вы знали, как меня утомляет наша безработица! Я устаю от нее больше, чем от самой тяжелой работы.
- Другой бы с вами спорил, а я не буду, - согласился Кукушкин и искоса посмотрел на притихшего Льва Борисовича, который стоял под пальмой и задумчиво почесывал густую шерсть своей собачки.
