- В нашему сэли так и кажуть: ото не пый з бригадыром, а пый з головою! - захихикал бородатый, затем спрыгнул с кровати и начал делать зарядку. Как говорят в Одессе, нет ума, ходи пешком!
После утренних обязательных процедур Вася и Женя разминулись. Кукушкину вернули одежду и пригласили в дежурку. Дежурный сержант, просматривая его документы, съязвил:
- Кукушкин Василий Васильевич?! Докуковался. Претензии есть?
- Никак нет, товарищ начальник, все было на высоком художественном и финансовом уровне! - отчеканил Вася по-армейски. - Есть маленькая просьбочка.
- Слушаю.
- Шеф, не сообщай на работу, будь человеком.
- Эх, Вася, Вася, единственное, что я могу для тебя сделать, так это только отметить командировку.
- Это-как же? - испугался Кукушкин.
- Очень просто: поставить штамп "прибыл" и "убыл", и будь здоров! пошутил сержант и вернул ему документы.
Вася быстро схватил паспорт и, открыв его, заглянул в командировочное удостоверение. Затем, спрятав документы в карман, с улыбкой сказал:
- А ты юморист, сержант.
- Ничего не поделаешь, служба такая.
- Эх, сержант, сержант, а знаешь, почему ты не старший сержант?
- По возрасту еще не положено.
- Да нет. Службу еще не понял. А ведь в святом писании сказано: "Просящему у тебя дай, стучащему открой, да не лишен будешь царства небесного!" - обиженно сказал Кукушкин и медленно направился к выходу.
- Слушай, - настороженно обратился сержант к разводящему, - а мы его не рано выпустили? Может, вернем, пока не поздно?
Услышав эти слова, Вася Кукушкин остановился только за третьим поворотом...
Услышав Васин рассказ, Оля долго смеялась. Отсмеявшись, она с сожалением сказала:
- Красивый ты внешне, Вася, но внутри...
- А что внутри, внутри ничего не видно! - Кукушкин не любил критики. Хотя каждый любит заглянуть в запрещенное место.
- А это еще как сказать. Ну да ладно, - Оля не стала больше сердить гостя, - каждый сходит с ума по0своему. Только я тебя попрошу: никогда не рассказывай подобных историй моим родителям. Они у меня слишком правильные...
- Правильные - это как? Не надевают брюки через голову?!
- Примерно так.
- Для этого много ума не надо.
- А для чего, по-твоему, нужно, много ума? - Оля немного обиделась.
- Чтобы от одного поцелуя рождались дети.
- Ну, детей, которые родились от одного поцелуя, у нас хватает. Кстати, Василечек, кто твои родители?
- Я инкубаторский!
- И вылупился ты, судя по твоим габаритам, из яйца страуса?
- Нет, меня моя бабка нашла возле вытрезвителя. Меня там кто-то потерял, поэтому я до сих пор потерянный...
У Васи действительно не было родителей. Не знал он даже, как они выглядят. Взяла его на воспитание из детского дома одна пожилая одинокая женщина. Но вскоре она умерла, и у Кукушкина от нее осталась только одна небольшая посеревшая фотография. Детские и юношеские годы его прошли в интернате. Когда поступил в университет, жил в общежитии.
Но об этом Оле он не скажет. Уж больно не любил Вася, когда его жалеют или сочувствуют ему.
- Василечек, а у тебя есть цель?
- Прожить без цели - это тоже цель. Чем меньше хочешь, тем больше получаешь. У меня, Олечка, не цель, а мишень. Для меня жизнь - это веселая прогулка по королевскому лесу, где зайцы жрут волков, слоны боятся мышей, а змеи выплескивают свой яд друг на друга. И все они для меня мишени...
- Значит, я для тебя тоже мишень?! - встрепенулась она.
- Да какая ты мишень, - в словах Васи проскользнула надменность. - Ты просто маленькая эпизодическая героиня в моей жизненной комедии.
- Ах, даже так! - Оля вскочила и раз за разом начала затягиваться сигаретой. - Так ты еще и драматург.
Прослушав ее мысли, Вася понял, что она не на шутку рассердилась. Этого он совсем не хотел. А насторожило его то, что у нее рождался какой-то замысел. Какой именно, он еще не мог понять.
Их разговор, который мог бы дойти до ссоры, прервал звонок в квартиру. Они даже не заметили, что было уже утро.
- Пожалуйста, драматург, пойди открой, - попросила она его. - У меня после такой брачной ночи, наверное, ужасный вид.
Родителей Оли в это время дома не было: по утрам они занимались бегом в ближайшем сквере. Вася открыл дверь и, увидев перед собой белобрысого мужчину лет тридцати пяти, спросил:
- Вы кто? Как доложить?
Мужчина поставил свой чемодан и протянул руку для знакомства:
- Я Курочкин Василий Васильевич! - у него был робкий голос. - А вы?
- Я - тоже Василий Васильевич, только Кукушкин, - ответил недоброжелательно "жених" и пригласил гостя в коридор.
Курочкин был немного ниже ростом. Он вздрогнул, когда за ним громко захлопнулась дверь. Они оба услышали, как в гостиной зазвенела хрустальная люстра.
- Что это? - спросил Курочкин, оглянувшись и прислушавшись.
- Проверка слуха, - ответил Кукушкин.
- Правильно, ля мажор, - приезжий заволок в гостиную тяжелый чемодан. Я закончил музыкальную школу у себя на мясокомбинате. Пригодилось.
- А вы, случайно, не привезли с собой мяса?
