- Эх, и дурак же ты! Да этот твой порядочный человек украл у меня здесь на даче шестьдесят тысяч. Не сто и не двести дубов, а целых шестьдесят тысяч! Он обворовал еще двоих... моих бедных товарищей, которые с горя отдали Богу душу. Твой Кукушкин не только крупный вор, но и убийца. Это же каким надо быть вором, чтобы воровать у воров. А ты говоришь, что он порядочный человек.
Курочкин понял, откуда у Оли столько золотых украшений. Теперь, ради ее безопасности, он тем более будет молчать.
- А вы кто?.. - Вася часто дышал открытым ртом, жадно поглядывая на стакан с минеральной водой.
- Я? - Петя медленно выпил воду и поставил стакан вверх дном на стол. Да, я тоже вор. Но вор вору - рознь. Я беру у государства, а твой отбирает у честных людей, у трудяг. Воровать у них безнравственно и подло. Ты думаешь, мне легко достались мои деньги? Я их заработал своим "чердаком", не сделав никому никакой подлости! А твой!.. Неужели ты не можешь понять, что твой Кукушкин - обыкновенный убийца и захватчик?
Курочкин по идее должен был ненавидеть Кукушкина, и прежде всего за то, что тот отнял у него Олю. Увы, он только завидовал. Его красоте, энергичности, находчивости. Вспомнив, как Кукушкин вел себя в ресторане и как его избили жадные люди, Курочкин задал себе вопрос: мог ли этот человек поднять руку на другого из-за денег? Нет, несомненно, нет. Иначе он не был бы до безрассудства щедр. Деньги для таких людей - ничто, мусор. Ведь он получает истинное наслаждение, когда тратит их или раздаривает.
Курочкин видел существенную разницу между теми, кто его насильно привез сюда, и Кукушкиным. Для этих людей наверняка единственная цель в жизни нажива. У Кукушкина - совсем иная цель, только в чем она заключалась, Вася еще понять не мог.
Курочкин улыбнулся Шибчикову. Петя улыбнулся в ответ, решив, что сейчас он услышит адрес своего врага.
- Ну что ж, спасибо вам, - тихо поблагодарил Вася.
- Пожалуйста, а за что? - Шибчиков поставил бутылку обратно.
- За то, что помогли мне разобраться кое в чем в жизни. Раньше ведь для меня все люди были одинаковыми. Улыбнулся - значит, ты хороший человек. А оказывается, улыбаться могут и умеют все...
- Ну-ну, продолжай, это очень занятно, - Петя специально надкусил бутерброд с колбасой и начал усиленно жевать.
- Кукушкин отбирает деньги у вас, воров, не от жадности. Хотя он тоже, я считаю, вор. Но он вор моральный, а вы профессиональные. И жадные! Курочкин заговорил с вдохновением, удивляясь самому себе, что в подобном состоянии еще может так ясно мыслить. - А жадность порождает садизм. Вы сейчас готовы убить меня, лишь бы вернуть ворованные деньги. Вы меня мучаете, издеваетесь надо мной - и не понимаете, как стремительно подаете вниз, теряете человеческое лицо. Вот вы недавно говорили, что зарабатывали деньги своим "чердаком"...
- Да, вот этим, не купленным! - Шибчиков постучал себя пальцем по лбу.
- В таком случае, у вас действительно "чердак", в не голова. Вы не умеете проигрывать. Неужели вы не понимаете, что проиграли более сильному сопернику? Вместо того чтобы найти в себе силы, напрячь свои способности и заработать снова эти деньги, вы занимаетесь мерзостью.
- Слушай, ты, пропагандист марксизма-ленинизма! Чтобы заработать эти бабки, я ухлопал десять лет жизни, - возмутился Петя и стукнул кулаком по столу. - А этот фраер отобрал их у меня одним махом. Следовательно, как говорят юристы, фраеров нужно учить.
- А не кажется ли вам, что вы можете потерять не только деньги, но и свободу?
- Почему не кажется? Конечно, кажется. Неужели вы думаете, что когда я воровал, то не знал, что рискую?! Вот уж глупости. О, сколько мне пришлось кошмарных снов пересмотреть, а скольких ревизоров перепоить - вам трудно представить. И с вами я тоже рискую. Но я рискую потерять свободу, а вы жизнь. Как видите, мой риск гораздо меньше.
Шибчиков налил себе водки, чокнулся с пустым стаканом и, выпив, спросил:
- Налить рюмочку? Но учтите, закусить и воды не дам. Пока...
- Мне от вас ничего не надо, - Вася устало опустил голову. - Я все равно вам ничего не скажу.
- Скажете, куда вы денетесь, - Петя посмотрел на часы. - Пока что вы сидите голодным и без воды около десяти часов, а пройдет два, три дня...
- Значит, умышленное убийство?! - Курочкин гордо поднял голову. - Ну что ж, если я и умру, то человеком...
Шибчиков снова налил себе водки.
- Слушай, ты действительно сумасшедший фанат. За тебя стоит выпить. Я раньше только в книгах читал, что есть такие кретины, которые бросаются на амбразуры. А теперь вижу и наяву...
- Не кощунствуй, мразь! - с ненавистью сказал Курочкин и сплюнул.
- Но-но, только без оскорблений! А влагу в себе побереги, она тебе еще пригодится. Вот посидишь несколько суток натощак - и сразу поймешь, что не стоит твой Кукушкин твоей единственной и неповторимой жизни. Мне будет очень жаль тебя, дурачок, когда тихонько ночью закопаем твое тело в землю, а все концы спрячем в воду. Можешь быть спокойным, никто, никогда и нигде не узнает, где твоя могилка. Разве что я цветочек положу... на годовщину.
