Несмотря на официально скромную должность советника при русском посольстве в Париже, "французские друзья" хорошо представляли подлинную роль Рачковского в налаживании русско-французского диалога.
Особняк П.И.Рачковского в Сен-Клу под Парижем посещали самые высокие персоны административной иерархии европейских государств. Во всех фешенебельных ресторанах официанты знали general russo и уважали за его щедрые чаевые.
Это не могло не насторожить недоброжелателей Рачковского в Петербурге.
В 1890 году с целью проверки сведений о его связях с французскими политическими и финансовыми кругами В.К.Плеве направляет в Париж товарища шефа жандармов генерал-лейтенанта Н.Д.Селивестрова. Однако в Петербург Н.Д.Селивестров уже не вернулся, став жертвой террористического акта. Убийца-поляк С.Падлевский покончил с собой. Ушел из жизни при загадочных обстоятельствах и французский агент Рачковского, выдавший Плеве компромат на своего шефа. Поскольку целью парижской командировки Н.Д.Селивестрова была ревизия Заграничного политического сыска, руководимого Рачковским, то организацию покушения молва приписывала именно ему [52].
Расследование убийства закончилось, однако, ничем и карьере П.И.Рачковского этот случай не повредил. Напротив, достаточно суровый по французским меркам, приговор над русскими бомбистами размягчил сердце Александра III по отношению к Французской республике; он стал гораздо благосклоннее относиться к идее союза с Францией, и переговоры пошли быстрее [53].
Можно утверждать, - писал В.К.Агафонов, - что в заключении франко-русского союза Рачковский играл большую роль, доселе еще недостаточно выясненную.
Знаменитое дело с организацией мастерской бомб в Париже, спровоцированное Ландезеном... дело, в котором французское правительство проявило по отношению к русскому самодержавию необычайную предупредительность и угодливость, ускорило заключение франко-русского союза [54].
Трудно с этим не согласиться, тем более, что щедрая награда, которая ждала Рачковского по завершении этого дела (чин титулярного советника и орден Св. Владимира I I степени) [55] только подтверждает справедливость этого вывода.
В 1889 году П.И.Рачковский устанавливает личные контакты с министром внутренних дел Французской республики Констаном, а также премьер-министром (1892) и президентом (1899-1906) Французской республики Э.-Ф.Лубэ. Считается, что, в ходе этих встреч Рачковский дал согласие помогать в организации новых французских предприятий в России в обмен на часть их акций [56].
Действительно, в переписке П.И.Рачковского то и дело встречаются ссылки на различного рода проекты по организации совместных предприятий и привлечению иностранных капиталов в Россию. Известно также и о непосредственных контактах П.И.Рачковского с представителями делового мира; Ребюфен (Франция), Перло (Бельгия), Мицакис (Греция). Вкладывая свои капиталы в Россию, инвесторы требовали гарантий со стороны министерства финансов и внутренних дел, в тесной связи с которыми и протекала деятельность Рачковского в Париже.
Пройти сквозь министерское сито удавалось далеко не всем. Характерна в этом отношении история с проталкиванием П.И.Рачковским и М.М.Ляшенко идеи Англо-русского синдиката (1899), претендовавшего на строительство и последующую эксплуатацию железной дороги Петербург-Вятка и круговой железной дороги вокруг С.-Петербурга. Несмотря на заинтересованность в этом проекте И.Л.Горемыкина, активное противодействие ему со стороны министра финансов С.Ю.Витте развалило все дело [57].
За свои хлопоты Рачковский и его коллеги (Гартинг, Гольшан, Ляшенко)
брали от западных инвесторов "комиссионные" [58], однако и без них П.И.Рачковский получал хорошее жалованье (до 12 тысяч рублей в год) и имел в своем распоряжении крупные суммы на секретные расходы, доходившие в последние годы его пребывания во Франции до 90 тысяч рублей в год [59]. Этого было вполне достаточно, чтобы вести жизнь, какую, собственно, и вел Рачковский в Париже - жизнь вполне обеспеченного и ни в чем не нуждающегося человека.
Существует, впрочем, еще одна версия состояния, которое якобы сделал Рачковский в Париже - удачная игра на бирже [60].
Доказать или опровергнуть ее не представляется возможным. Другое дело хорошо оплачиваемая (10 тысяч рублей в год) должность советника-консультанта по юридическим и административным вопросам Анонимного общества железоделательного и сталепрокатного завода Гута Банкова (завод Племянникова и Вердье) в Петроковской губернии [61], занятая им после первой отставки [62], которая вполне может рассматриваться как благодарность за оказанные им ранее услуги. Вот, собственно, и все, что нам известно о финансовых аферах П.И.Рачковского. Тебе известно, - писал 9 июля 1897 года П.И.Рачковский М.М.Ляшенко, - что я принадлежу к разряду людей, не имеющих ни акций, ни облигаций; ничего, кроме протертых штанов у меня не имеется [63].
