В.К.Агафонов новые тенденции в работе Заграничной агентуры склонен был связывать с тем, что в это время "российская революция, - по его словам, была почти ликвидирована", понимая под этим, как надо полагать, пошедший на убыль террористический запал социалистов-революционеров.
Как видим, провокация "охранки", о которой так много говорила и писала "прогрессивная общественность", была напрямую связана с развязанным в стране сначала "Народной волей", а затем и ее прямым наследником социалистами-революционерами, террором. Пошел на убыль революционный террор - стала исчезать и провокация как метод борьбы с террористами. В то же время не следует упускать из виду и личный вклад А.А.Красильникова в работу Заграничной агентуры, умело направлявшего ее в "цивилизованное русло".
К сожалению, с подачи недоброжелателей, в исторической литературе прочно закрепились уничижительные характеристики Александра Александровича как руководителя Заграничной агентуры Департамента полиции. Особенно далеко зашел здесь старый недруг А.А.Красильникова В.Л.Бурцев. Как заведующий Заграничной агентурой, утверждал он, "Красильников был совершенно бесполезный человек; его надо было сменить. Я имел возможность читать одно его донесение; он даром хлеб ел. Ничего не делал. Для нас, конечно, он был подходящий человек, но для Департамента полиции ..." [316].
К этой оценке Бурцева следует относиться критически: ведь агенты А.А.Красильникова, как мы знаем, ходили за ним буквально по пятам и рассчитывать на объективность Владимира Львовича было бы наивно.
Однако, как выясняется, и в самом Департаменте полиции о А.А.Красильникове были невысокого мнения и даже подумывали о его возможной отставке. Характерен в этой связи диалог, состоявшийся 13 марта 1917 года между председательствующим в заседании Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства и бывшим директором Департамента полиции Е.К.Климовичем.
"Председатель - Кто при Вас заведовал парижской охраной, заграничной охраной?
Климович - Красильников.
Председатель - Вы не знаете о том, что Штюрмер хотел назначить Манасевича?
Климович - Красильников представлял, по существу, на мой взгляд, пустое место ...
Председатель - Так Вам известно, что Штюрмер на место Красильникова прочил Манасевича-Мануйлова?
Климович - Я боюсь сделать категорическое заявление, но я позволю себе сказать такую вещь, что Красильников плохо разбирался в получаемых им сведениях. Он иногда Департамент полиции странно озадачивал своими донесениями.
Видно было, что человек присылает целую кипу сведений, в которых он разобраться не может, которые нас волнуют, и тревожат, и пугают, и мы должны посылать ему запросы, выяснять обстоятельства дела. У меня было желание его сменить и я думал пригласить на эту должность генерала Коттена ..." [317].
Назначение это, однако, не состоялось ввиду появления конкурирующей кандидатуры А.Ф.Манасевича-Мануйлова [318].
Более справедлив к А.А.Красильникову вице-директор и.д. Департамента полиции, товарищ министра внутренних дел С.П.Белецкий. "Красильников, отмечал он, - представлял собою тип прокутившегося барича. Это офицер, широко поживший, настолько широко, что исполнительных листов не хватило бы, если бы у него имелись капиталы для оплаты долгов. Курлов, его однокашник по полку, устроил его за границу. Не будучи знакомым с розыскным делом, ни с органами министерства, он был поставлен как бы представителем Департамента полиции за границей; причем полномочия были довольно широкие: он должен был сноситься с полицией Франции, Англии, Германии, Италии, Швейцарии.
Ему помогало то, что он был человек образованный, в летах, много пожил, великолепно говорил на многих иностранных языках и, с точки зрения представительства, удовлетворял своему назначению" [319].
Нельзя не согласиться с С.П.Белецким. Действительно, в своем черном сюртуке с лентой Почетного легиона, среднего роста, с седоватыми усами таков был его портрет в это время, Александр Александрович был деловит и представителен [320] и явно сидел на своем месте, что бы там ни говорили и не писали ангажированные историки с подачи В.Л.Бурцева и его недоброжелателей из Департамента полиции.
Тяжелым испытанием для Заграничной агентуры стала Первая мировая войны.
По указанию Департамента полиции деятельность Агентуры спешно приводилась в соответствие с новыми требованиями, связанными с подключением ее к сбору в странах Европы информации разведывательного характера. Сам А.А.Красильников такого рода деятельностью, впрочем, не занимался, поручив ее Б.Лиховскому и А.Литвину. Активно включилось в эту работу и сыскное бюро Г.Бинта и А.Самбена.
