—Histor. pan. Jan. Kaz., I, 15-19.—Нстор. о през. бр.—Памяти. киевск. комм. I, 3, 307—
311.—Suppi, ad histor. Russ. monum., 184.—Woyna dom., I, 41.—Kp. петор. о бунт.
Хмел., 10.—Летоп. Самов., 12—О малор. нар. и запор., 9.—Кр. опис. о козац. малор.
игар., 36,—Latop. Jerl., 71.—Past. Ilist. plen., 170—192, 316, 240—241,—Engel. Gescli.
der Ukr., 154,
262
заплакали, увидя красоту церквей Божиих столицы св. Владимира на землю
опроверженную
Сам гетман стал грустен; что-то странное явилось в его характере: он то постился и
молился, долго лежал ниц перед образами в храме; то советовался с колдуньями,
которых держал при себе три, и, пьяный, пел думы своего сочинения; то был ласков и
ровен в обращении со всеми, то суров и надменен; козачество все прощало ему 2).
В Киеве ожидал его дорогой гость Паисий, иерусалимский патриарх, ехавший в
Москву. От лица всего православного мира на востоке он приносил ему поздравление и
побуждал его на новую войну против ненавистного папизма.
В Литве борьба с русским народом не прекратилась с отступлением Хмельницкого:
с ожесточением резались против панов литовские крестьяне, но неудачно. В декабре
Горкуша, бывший до того времени на Березине, напал на Выхов, дважды хотел взять
его штурмом и дважды был отбит. Он отступил; Ян Пац преследовал его и, догнав у
Поповой горы — замка, который был сборным местом для составления загонов, разбил
наголову. Кривошапка и Микулицкий шли, с своими загонами, на выручку Горкуши,
по, услышав о его несчастий, ушли в Вабиновичи. Пац отправил отряд выгнать их
оттуда. Хлопы разбежались частью в лес, а частью в Стародуб. Милоковский,
Жданович и Горский погнались за ними, имели на дороге несколько стычек, возвратили
нескольких пленных дворян и дворянок, и достигли Стародуба. Стародубовцы просили
пощады, уверяли, что те, которые воевали в Литве, ушли в Мглин, а в Стародубе
остались невинные люди. По уверению литвина современника, шляхетство тогда
пощадило город 3).
Вслед затем Радзивилл напал на Мозырь, бывший в руках Михиснка. Прежде всего
он отправил отряд, под начальством Павловича, на овручскую дорогу, чтобы пресечь
возможность удалиться козакам, а сам повел войска свои на приступ с трех боков.
После упорного боя драгуны разломали палисады, т.-е. тесно соединенные между
собою бревна, с большим усилием овладели валом и ворвались в город. Упорство
русских приводило в изумление неприятелей: они засели в домах и стреляли из них;
город был зажжен; русские продолжали бить врагов среди пылавших строений,
убиваемые падающими на них крышами и стропилами. Сам Михненко был схвачен и
сброшен с башни. Другой предводитель, неизвестный по имени, был счастливее: он
успел выбежать из развалин Мозыря и наткнулся на неприятельский отряд; какой-то
жолнер схватил его, но поскользнулся, и козак, в свою очередь, схватил его и умчал с
собою.
От Мозыря Радзивилл отправился к Бобруйску и неожиданно окружил его. Мещане
просили пощады; русские священники умоляли Радзивилла о милосердии. «Хотя,—-
говорит современник,—князь знал хорошо причину такого смирения, однако рассудил,
что истребление мещан будет вредно государству, а мятежа не уничтожит, и обещал
мещанам целость жизни и
*) Истор. о през. бр.
3)
Hist. pan. Jan. Kazi, I, 41.
3) De rebus, gest. contra cos., 18—20.
253
имуществ, если только они все, по одиночке, выйдут за ограду города, выдадут
знамена и начальников возмущения со всеми, кто участвовал в мужичьем восстании».
Они согласились, и тогда народ вышел толпою, дрожа от страха. Упорнейшие
мятежники зажгли башни и, защищаясь, погибли в пламени города, их предавшего;
начальник бросился в воду, но его вытащили, привели к гетману и посадили на кол. Все
зачинщики были, подобно ему, посажены на кол, а другим, кого только обвиняли в
участии в бунте, рубили руки. Таково было положение дел в Литве до конца февраля
1649 г. *)•
!) De rebus, gest. contra cos. Zap., 25—32.
ГЛАВА ШЕСТАЯ.
Положение Украины — Сношение с Крымом, Турдиею, Молдавиею,
Трансильваниею Московиею.—Польские коммиссары в Переяславле.
В течение девяти месяцев 1648 года Украина изменилась так, как не изменялась’ в
продолжение веков: польский аристократический порядок рушился, сословия
перемешались и слились в понятии русского козака; связь, соединившая Украину с
Польшею, была, повидимому, разорвана; но переворот оставался неконченным; еще
кипело брожение, и кто мог отгадать, чти> из него выйдет? Соседния державы, которые
находились с Польшею во вражде, искали тогда своих выгод в связи с Украиною.
Крымское царство могло много выиграть от этого переворота. И Московское
Государство и Польша, страны неприязненные между собою, обе испытывали дикую
силу татарских полчищ. Но отвазкиые козаки, стоя на границе и Московского
Государства и Польши, защищали, сами не зпая того, и ту и другую дерзкаву, и не
допускали татар пользоваться раздорами христиан, ибо они постановили мезкду собою
обет охранять веру и не только не допускали мухаммедаи вторгаться в Московию и
Польшу, но еще не давали татарам покоя и в их собственных жилищах. Теперь эти
