– Давайте успокоимся и не будем понапрасну волноваться. Советую вам отдохнуть, расслабиться и, безусловно, принять ванну. От вас, ребята, разит перегаром и дешевыми шлюхами.
Дред обнюхал Мака.
– Он прав. Разит. Ффу.
Берриен встретил обоих молодцов сразу за дверью черного хода. Он скрестил руки и ухмыльнулся, внушительный даже в белой вечерней рубашке и пиджаке.
– Доброе утро, джентльмены, – проговорил он, блеснув золотыми коронками на уцелевших зубах. – Провели вечер в борделе или в питейном заведении, не так ли? Отправляйтесь по своим комнатам и постарайтесь при этом не испачкать пол. Милдред уже готовит ванны. Завтрак через тридцать минут.
– Спасибо, Берри. Но я намереваюсь пропустить завтрак и сразу на тюфяк… – проговорил Мак, попытавшись проскользнуть мимо.
Улыбнувшись, Берриен похрустел расплющенными костяшкам пальцев. Алые буквы, вытатуированные на правой, складывались в слово БОЛЬ. На четырех пальцах левой значилось ЖУТЬ. По слухам, идея принадлежала замечательному актеру Роберту Митчему[16].
– Джентльмены, позвольте мне повторить повестку дня. – Пункты ее он отмечал, зажимая растопыренные пальцы в кулак. – Ванна. Завтрак. Через тридцать… – уверяю вас, наш шеф-повар Бланкеншип превзошел себя самого. И не засирайте полы, которые девушки под руководством Кейт натирали целых два часа. Сегодня я еще никого не убил, однако на часах всего четверть десятого. Вопросы есть?
– Даже представить себе не могу, – ответил Мак. Храбрый как лев, он прекрасно знал, что испытывать терпение дворецкого не стоит.
– И я тоже, – согласился Дред. – Умираю от голода!
Берриен проводил взглядом своих подопечных, постаравшихся улизнуть как можно быстрее.
– Трудно сказать, какую глупость вы снова затеяли. Остается только надеяться на то, что ваш отец наконец преодолел вполне понятное желание разделаться хотя бы с одним из вас.
Братья привели себя в презентабельный вид, плотно позавтракали, попутно уклонившись от ответа на пару-тройку вопросов, предложенных дворецким, и, наконец, рухнули в собственные мягкие как пух постели, чтобы недолго вздремнуть.
Мы курим Северное Сияние. Мы курим северное сияние, и ты тоже будешь его курить.
– Просыпайся, чертов соня! – Берриен схватил Мака за воротник пижамы и тряхнул. – И в какую дрянь вы, маленькие поганцы, вляпались на сей раз?
– Надеюсь, что вопрос риторический. – Мак прищурился, чтобы сделать зрение четким.
– На кухне вас ждет штурмовик наци. Компанию ему составляет мистер Бланкеншип. Возможно, этому есть какое-то объяснение. – За плечами Берриена и реформированных нацистов скрывалось долгое и бурное прошлое, в подробности которого было посвящено только высшее руководство.
– В самом деле.
– Молись всем богам, которым ты поклоняешься в Храме Горного Леопарда, чтобы я нашел твое объяснение удовлетворительным. И предупреждаю – только чрезвычайно сомнительная причина может оправдать присутствие в этом доме герра Каспера, живым и не истекающим жизненно важными флюидами.
– Откровенно говоря, я разделяю ваш пессимизм, – проговорил Мак. – И по этой причине не намереваюсь ничего объяснять. – Ускользнув из-под лап дворецкого, он рванул в сторону кухни по просторным коридорам особняка, бросив через плечо: – Дред, бери ноги в руки! Берри вышел на тропу войны! – Быть может, брату, если он проснулся вовремя, удастся избежать ареста, как знать.
Каспер, в черном полевом плаще, кожаных брюках, заправленных в до блеска начищенные высокие ботинки, отставил в сторонку чашку чая, который налила ему одна из служанок, и стал навытяжку. – Герр Тумс. Быстро в сарай. Герр Наварро находится в ужасном состоянии.
Наполненный предчувствием несчастья, Мак распахнул настежь кухонную дверь и бросился со всех ног. Он оказался на месте в тот самый момент, когда Артур, обнаженный по пояс и забрызганный кровью, запустил большие пальцы в глаза Роналдо и далее в его мозг. Лицо молодого ученого оставалось неподвижным, как деревянная маска, пока он убивал своего брата. Труп Джерарда лежал рядом – среди обломков приборов, из которых еще сыпались искры. Бесстрастный механический голос компьютерного терминала твердил:
– Майн Готт, – проговорил Каспер полным ужаса и восхищения голосом. – Я не знал…
