– Нос – это реактор. А реактор – ключ ко всему кораблю. Сами же понимаете, нет энергии – всё, конец. Поэтому он и защищён. Основательно так защищён. Прежде всего – силовым полем. Оно на носу очень мощное. Потом броня – сплав Савф разработал. С его слов – бессонская сталь, по сравнению с корабельной бронёй, просто жесть. А дальше, под бронёй, реактор и генераторы поля, которые самым первым контуром запитаны. Всё остальное на борту по второму, менее важному идёт. В общем, – отпил он сока: – И атаковать бесполезно. Как Савф говорил, и у меня нет поводов ему не верить – он хоть и Бог, но вполне разумный, так вот – с его слов – нет сейчас в галактике оружия, что с этой защитой справится.
– Это он так сказал? – Спросил Благоволин, а затем, когда Игорь кивнул, быстро прошептал что-то на ухо Карасю, моментально принявшему заинтересованный вид.
– Ну, раз так сказал Бог, – хмыкнул Благоволин, видя, как на лице Карася озадаченность сменяется пониманием: – То, кто мы такие, чтобы с ним спорить?
– И что? – Игорь вопросительно посмотрел сначала на одного, а затем на другого товарища: – Вы что-то придумали?
– Ты же сам сказал, – продолжавший улыбаться Карась пожал плечами: – Ни один из существующих сейчас. Так?
– Ну?
– Значит, возьмём то, чего сейчас, в галактике не существует. Делов-то!
– Эээ? А пояснить?
Но пояснений ему получить не удалось – Чум, впавший на время их беседы в короткое забытьё, вдруг пробудился и выкрикнув во всю глотку:
– А олени – лучше!
Свалился на пол, подводя черту под информационно-конструктивной частью их разговора.
Следующий почти месяц Игорь провёл в раю.
Можно даже сказать, что перед ним распахнулись врата легендарного Эдемского сада, где проживали пращуры рода человеческого, до своего печального грехопадения. Надо заметить, что, как и в библейской легенде, пребывал он там не один, а в компании Ольги, ставшей его Евой и никак не желавшей расставаться со своим Адамом.
Она, прибывшая год назад покорять столицу из небольшого южного городка, оказалась именно той, будучи рядом с которой Игорь ощущал себя и несравненным мачо, купаясь в её, полных восхищения взглядах, и хозяином жизни – последнее ему обеспечивала та самая банковская карточка, легко распахивавшая двери престижных бутиков, дорогих ресторанов и даже тусовок высшего общества. На последние он попал благодаря всё той же Оли, неожиданно оказавшейся накоротко знакомой с весьма известными личностями.
Странность подобного обстоятельства – ну где вчерашняя провинциалка, и где высшее общество, его, поначалу, напрягала. Осознавать, что льнувшая к нему красавица была, скажем так, далеко не невинна, было несколько неприятно, но, поразмыслив над этим, он, махнув рукой, отбросил прочь все сомненья.
С ней же хорошо?
Бесспорно!
Она даст фору любой, с кем он прежде был?
Ха! Ещё какую!
Так стоит ли напрягаться по этому поводу? Счастье оно скоротечно и, увы, кратко – так зачем себя изводить подобными мыслями?
Carpe diem, смертный. Наслаждайся, пока можешь.
И он наслаждался жизнью, стремясь попробовать всё, до чего только мог дотянуться. Исключение составляли разве что наркотики – к ним Игорь питал просто физическое отвращение, да чрезмерные возлияния – мысль, что он предстанет в совершенно свинском виде перед Олей, останавливало его, стоило только винным парам поднять, скажем так, средний уровень давления в голове.
Но, в остальном, он себе не отказывал.
Захотелось на море – он арендовал частный самолёт, уносивший их на ласковые пляжи далёких морей, а когда плеск волн надоедал, то они переносились на горные курорты, после которых отдыхали на тихих туристических улочках европейских городов, очищенных прибытием Богоматери от толп туристов, искавших теперь встреч с Богиней.
Ещё одной причиной, бросившей его в омут развлечений, было осознание краткости этого момента. Произойти это должно было это не в следствии пресыщения, или исчерпания средств – Оля, просто фонтанировавшая идеями новых развлечений, исключала первое, ну а от второго его надёжно прикрывала Ролаша – начав свои траты он, буквально через пару дней, получил звонок из Фонда Богородицы, представитель которого, обладатель солидного мужского голоса, в своей краткой, несомненно заранее заготовленной речи, поздравил Игоря с началом заслуженного отдыха, пожелал ни в чём себе не отказывать и заверил в покрытии всех мыслимых и немыслимых расходов.
Нет.
