Плайи, расположенные в североегипетских оазисах, наполнялись водой вплоть до 5000 года до н. э. Плайя Хатиет Ум Эль-Хийус в оазисе Сива действовала до 5900 года, но затем уровень воды в ней начал снижаться. Анализ этих водоемов позволяет предположить, что между восьмью и пятью тысячами лет до н. э. климат в Сахаре становился то засушливым, то гораздо более влажным. И хотя периоды повышенной влажности растягивались порой на сотни лет, климатические условия в целом отличались значительной сухостью.
Очень влажный климат наблюдался в период между 6400 и 5000 гг. до н. э. в северном Судане. В то время песчаные дюны перемежались здесь болотистыми озерами. Водные каналы, расположенные возле Нага Хамра, Гебель Нагеру и вади Ховар, поддерживали существование самых разных животных, включая крокодилов, бегемотов, черепах, ело-нов, носорогов, бородавочников и жирафов, не говоря уже о всевозможных видах рыб. Окаменевшие останки таких животных, как крокодилы и бегемоты, свидетельствуют о том, что здесь и в самом деле протекали небольшие реки, причем некоторые из них были связаны с Нилом.
Внимательно изучив характер осадочных пород, сохранившихся на месте бывших озер, геологи смогли в деталях воссоздать ту атмосферу, что царила здесь в доисторическом прошлом. Исследовав образцы, взятые в оазисе Селима, впадине Ойо и Эль-Атруне, ученые пришли к выводу, что между 6500 и 5000 г. до н. э. в восточной Сахаре произрастало большое количество лиственных растений{34}. Зона растительной жизни тянулась по всему северо-западному Судану, образовав полосу шириной в пять сотен километров. Эта полоса начиналась в лесистых саваннах неподалеку от Эль-Атруна и завершалась в пустынных степях Селимы. В свою очередь, образцы, взятые из мелких озер, расположенных далее к югу, поведали о существовании здесь в отдаленном прошлом высоких трав, требующих в год от пятнадцати до двадцати дюймов осадков. В то же время во впадине Ойо существовало глубокое пресноводное озеро, окруженное типичными для саванны растениями.
Озерные отложения, обнаруженные на северо-западе Судана, возле пересохшего притока Нила, состоят из тонких перемежающихся слоев химических осадков и богатой органическими веществами грязи. Эти отложения служат прекрасным источником информации относительно доисторического климата данного региона. В них содержится пыльца растений, диатомеи (одноклеточные водоросли), останки беспозвоночных, а также стабильные (нерадиоактивные) изотопы, свидетельствующие о том, что климатические условия здесь благоприятствовали то тропическим лесам, то пастбищным угодьям{35}.
К числу особенностей данной местности можно отнести и то, что древние артефакты располагаются здесь исключительно на коренной породе либо же на более раннем плейстоценовом слое. Таким образом, невозможно установить стратиграфическую связь между отложениями, скапливавшимися в данном регионе в период от 10 до 3 тысяч лет до н. э. А это означает, что нет никакой возможности установить хронологию человеческих поселений, поскольку коренная порода находилась здесь миллионы, если не миллиарды лет. Как мы уже отмечали, артефакты, обнаруженные в песчаных дюнах, опустились на скальную основу либо на более ранние плейстоценовые слои. И произошло это в результате эрозии, активно протекавшей в этих местах в засушливые периоды. Благодаря такой эрозии нижние слои песка оказались усыпаны артефактами и теми камнями, из которых были сложены первобытные очаги. И хотя радиоуглеродный анализ камней и скорлупы страусовых яиц позволяют установить, к какому времени относились эти предметы, он ничего не говорит о возрасте самих слоев.
В попытках определить возраст тех озерных отложений, которые были обнаружены в Египте и Судане, Хейнс полагается главным образом на радиоуглеродный анализ органических веществ, присутствующих в этих отложениях: карбонатов, раковин улиток, а порой и фрагментов каменного угля. Так, во время одной из археологических экспедиций ему удалось обнаружить на дне бывшего озера фрагменты сгоревшего тростника шириной до полутора сантиметров. Не исключено, однако, что этот уголь попал сюда из других слоев. Поэтому, как считает Хейнс, его следует использовать лишь для приблизительной датировки отложений. Наиболее достоверным представляется в данном случае возраст нижней россыпи каменного угля. В Селиме такая базовая россыпь датируется двумя периодами. Если первые фрагменты попали сюда в 7700 г. до н. э., то последующие — в 6500 г.{36}. По мнению Хейнса, это означает, что к моменту появления второго озера здесь еще существовали остатки первого, причем дно второго озера также было покрыто слоем сгоревших тростников. Скорее всего растения сожгли доисторические обитатели этих мест, чтобы обеспечить себе доступ к поднимающейся воде.
